Тем временем блондинка продолжала издавать странные неадекватные звуки, оглядывая всё кругом, но только я хотел её переключить в более коммуникативный режим, как неожиданно услышал другие странные звуки, весьма похожие на те, что уже звучали в комнате. Но не из комнаты, а снаружи. Если быть уж совсем точным, то из-за закрытых ворот.

— Так, подожди здесь, мне нужно кое-что проверить, — встал я из-за стола, — И не уходи отсюда никуда, поняла? Моя башня темна и полна ужасов!

Точнее, Игоря. Он может быть где угодно… и обнять в самый неожиданный момент. И, если вы сейчас подумали про туалет, то… да. Вы правильно подумали.

На частоколе у моих, довольно массивных, кстати, ворот сидел Шайн и с любопытством смотрел куда-то наружу, откуда неслись нечленораздельные вопли нескольких разумных, явно пребывающих в смятении, панике и прочих горестях. Я попытался прислушаться без всяких глупостей вроде открывания двери, но увы, нормально не вышло. Когда я накладывал защитные чары на частокол, то думал вовсе не о том, как меня будут звать из-за забора.

— Что там происходит? — спросил я кота. Тот, не оборачиваясь, лишь помахал хвостом, нервно поддёргивая шкурой у основания.

— Шайн, у меня в руках волшебная палочка, а прицел прямо на твоей заднице! — предупредил я, горя желанием познания без открывания разных пошлых дверей неизведанному.

— Там Кум имеет интерес к твоим гостям, — обернувшись, доложил кот, тут же уточнив, — К незваным.

— А, если к незваным, то пусть сами разбираются! — тут же решил я, махнув рукой. Это, почему-то, было за забором услышано, отчего пространство буквально взорвалось криками, в которых часто, много и громко фигурировало имя «Джо». К моему острому сожалению, один из голосов был знакомым, да не просто, а таким, за повреждение которого Кумом мне устроят ад и израиль. Без альтернатив.

— Да что за день сегодня такой… — пожаловался я, отпирая ворота, но лишь за тем, чтобы быть сшибленным на землю целой толпой, которая ворвалась на мою предбашенную территорию как мамайская орда. Толпа состояла из упавшей на меня Саломеи Дитрих Ассоль ди Кастроидес, верховной жрицы богини Лючии, перепрыгнувшего нас пугнуса, на котором восседала совершенно незнакомая мне гоблинша с двумя огромными пуками огненно-оранжевых волос на голове, и, собственно, самого товарища Кума, сунувшего через ворота морду, но сильно смутившегося при виде меня.

Последнее меня, почему-то, рассердило. Неужели он не мог быть быстрее? За что все это мне?

— Ты — ткнул я пальцем в морду быка, — Уходи.

— Ты! — следующей была блондинка, — Слезай!