Королеву липоидов отличить было несложно — у нее не было усиков. У всех липоидов были, а у нее — нет. А еще у нее из задней части тела торчал длинный яйцеклад, которого были лишены все прочие особи. А еще она была больше них раза в два с половиной.

А еще — она явно была внимательнее своих рабов, потому что меня первой заметила именно она. Взволнованно застрекотала, зашевелилась, и тогда окружающие ее трутни зашевелились тоже, и принялись сползаться в мою сторону.

— И вам здравствуйте. — вежливо поздоровался я в ответ, обрастая броней. — Рад нашему знакомству! Жаль, что оно продлится недолго… Хотя вру, не жаль.

В аванпост я возвращался, таща за собой вырванный с корнем из тела матки яйцеклад. Сначала думал традиционно голову оторвать и принести ее, но потом понял, что голова это будет не так эффектно — кроме отсутствия усиков над глазами, она ничем не отличалась от остальных липоидов. А усы можно и отломать просто, и выдать одну голову за вовсе даже другую.

Поэтому я вырвал прямо противоположную часть тела — такую, какой жители аванпоста еще точно не видели, и которая даст им понять, что я убил именно королеву, и что опасности больше нет.

Хоть необходимости уже и не было, доспехи я по-прежнему не стремился убирать — боялся перепачкать одежду выделениями из оторванного яйцеклада, или если опять провалюсь в омут — грязной водой. Дойду до аванпоста, там и… как бы это сказать… Разоружусь? Пусть будет «разоружусь».

Когда я подошел к аванпосту, время уже шло к полудню, и живот ощутимо подводило от голода. На поле боя перед стенами уже никого и ничего не было — только замаскированные баллисты. Ни дохлых липоидов, ни солдат, никого.

А еще — решетка аванпоста, перегораживающая вход, была в кои-то веки опущена.

То есть, может, она всегда опущена, кроме случаев, когда нападают липоиды, но я ее видел опущенной впервые. Хотя нет, сегодня с утра, когда я прибежал на площадь, решетка была опущена тоже, просто ее почти сразу подняли.

А сейчас она была опущена.

Когда до аванпоста оставалось пройти метров двести, внутри едва слышно зазвенел колокольчик. Не колокол, который тугим инфразвуком прошибает барабанные перепонки, заставляя резонировать кости черепа, а какой-то небольшой звонкий колокольчик, явно более местного назначения. Типа сигнальной системы, что ли.

Не знаю, какое сообщение они там передавали при помощи этого колокольчика, но, когда я дошел до аванпоста, внутри ничего не изменилось. Никто не вышел меня встречать, и даже решетку не потрудились поднять.

Я секунд тридцать стоял под стеной, глядя наверх, но ситуация так и не менялась. Причем я кожей чувствовал, что за мной наблюдают сверху, и наблюдает не одна пара глаз, но впускать меня внутрь они явно не собирались.