Попрощавшись с Хорсом, я пошел обратно к дому Тины, потому что тупо не знал, куда еще тут можно пойти. День клонился к закату, на улицах наконец-то появились люди и аванпост перестал выглядеть декорацией к хоррору. Жители неторопливо занимались своими делами, периодически мило приветствовали проходящих мимо знакомых, и вообще вели себя так, словно ничего сегодня днем из ряда вон выходящего не приключилось.
Скорее всего, так оно и было. Не удивлюсь, если при звоне колокола они принялись сворачивать свои дела и закупориваться в домах так же обстоятельно и неторопливо, как делали сейчас свои дела, которые не успели доделать днем.
Засмотревшись на местных, я немного заплутал и пришлось обращаться к ним за помощью. Пожилая благообразная чета, улыбаясь во все свои редкие оставшиеся зубы, внимательно меня выслушала, после чего подробно и обстоятельно объяснила, куда мне нужно идти. Поблагодарив их, я пошел по описанному маршруту, стараясь не заглядываться больше по сторонам.
Но, как ни старайся, а эти улыбки в каждом углу было просто невозможно не заметить. Люди аванпоста натурально жили с улыбкой на губах — искренней, легкой, настоящей. Так улыбается не тот, кому рассказали смешной анекдот, а тот, кто в принципе живет в хорошем настроении и доволен своей жизнью.
На аванпосте улыбались все.
Кроме Тины.
Когда я дошел до ее дома, то нашел ее снаружи, сидящей на холодных каменных ступенях и подпирающей подбородок окровавленными руками. Взгляд целительницы опять был пуст.
Даже спрашивать ничего не пришлось. Совершенно очевидно, что солдат умер, и Тина не смогла его спасти.
Ни слова ни говоря, я сел рядом и сидел до тех пор, пока Тина не отключилась прямо там, где сидела. Просто сползла головой по рукам и чуть не завалилась набок. Едва успев подхватить ее, я аккуратно поднял невесомую целительницу и занес ее в дом. Заглянул по пути в операционную — как я и думал, солдата нет. Операционная чиста, отмыта. Наверное, Тина сделала это на автомате, а вот на то, чтобы смыть кровь с рук, ее уже не хватило.
Будить ее не хотелось, поэтому я просто содрал с постели, на которой проснулся с утра, простыню, и уложил целительницу прямо на матрас, не раздевая. Сходил, запер дверь, чего не смог сделать сразу, из-за занятых рук, вернулся и лег рядом с Тиной — других кроватей в доме я не нашел.
Надеюсь, она не будет против.
О, не будет, поверь.
Я заснул и спал без снов.
А проснулся от уже знакомого инфразвука, вгрызающегося в голову.
Бом-м-м-м!.. Бом-м-м-м!..
Я открыл глаза за мгновение до того, как первый удар колокола ворвался в черепную коробку.