— … слухи расходятся, как круги по воде? — Завершаю за него я.
— Да. И мне уже сейчас нужно сделать там кое-какие вливания, чтоб процессом тиражирования этих слухов хоть немного управлять, — хлопает себя ладонями по бокам Котлинский. — А кредитовать этот процесс я сейчас не готов… Ну и, ещё такой момент… тебе не приходилось, а я сталкивался… В общем, бывают очень неприятные случаи. Когда пациенту плохо — он и его родня на всё готовы. Договорные условия одни. Стало чуть лучше — уже колеблется, а не много ли эти врачи-рвачи с меня лупят. А как выздоровел — оказанная услуга уже ничего не стоит. И я сейчас не о финансовом вопросе, — он взмахивает в воздухе рукой, останавливая мои возражения. — Просто есть, как говорится, техника безопасности. В финансах в нашем случае она состоит в том, что не нужно нагружать семейный бюджет пациента единовременной большой выплатой. Если пациент сам предлагает разбить сумму на платежи — мы всегда идём навстречу. Даже если это и отсрочка платежа. А уж если пациент хочет начать делать платежи в процессе самого курса — … Скажу тебе так. В случае операции, после которой было восемьдесят процентов за то, что она ничем не поможет, они бы не то что на двух третях результата бы оплатили… Они бы вносили стопроцентный аванс. Который остался бы в клинике, даже не долети Анна туда по техническим причинам. — Котлинский глядит на меня и поясняет. — Ну, не доживи она до самой операции… Да, врачи циничные люди. И давай соблюдать правила.
— Какие? — Я увлёкся его речью, и сейчас не соображу, о чём он.
— Я не учу тебя лечить. Ты не учишь меня управлять финансами.
— Точно, извините… В любом случае, спасибо.
— Тот случай, когда не за что. Тот случай, когда спасибо говорит КЛИНИКА. Ладно, бывай, я понёсся!
Котлинский снова хлопает меня по плечу и исчезает за дверью, закинув рюкзак на одно плечо, как тинейджер.
А я остаюсь ждать Анну.
На боксе Сергеевич раздаёт всем задачи, а сам в углу вначале «прыгает» с Леной, потом они начинают что-то обсуждать в перерыве между раундами, а ещё позже они вообще подходят к рингу, опираются на него спинами и о чём-то оживлённо дискутируют, активно размахивая руками.
Задание на тренировку всем однотипное, без перерывов, потому до меня доносятся только обрывки их разговора, да я особо и не вслушиваюсь:
— … Вы не правы. А если она Вас искренне любит? Вы готовы её размазать только из-за ваших старых психотравм?
— …
— … кстати, давайте и над ними поработаем, а не только надо мной.
— …
— … а Саша Вам не говорил разве о моей профессии?..