— Не обижусь. Конечно, спрашивайте.
— Саня, этот твой рост результатов можно объяснить много чем. У меня только один-единственный вопрос. Учитывая что результаты в плавании параллельно с результатами бокса расти просто не должны, по крайней мере, на таком уровне уже не должны… Ты ж не второй разряд, и группы мышц разные… Ты на боксе точно никаких медикаментов принимать не начал?
Смоляков испытывающе смотрит на меня.
— Боже упаси, — открещиваюсь обеими руками. — Я что, дурак? Да и зачем мне.
— Верю. Рад. — Коротко подводит итог Смоляков и поворачивается в сторону бассейна.
Хотя я по нём вижу, что он ещё сомневается.
— Виктор Александрович, только чтоб успокоить вас.
Подхожу к нему ближе, чтоб говорить как можно тише. Он выпрямляет спину и подаётся назад корпусом, чтоб его ухо оказалось рядом с моими губами.
— Если с гемоглобином порядок, плюс выводить молочную кислоту ускоренно, то можно и не такие рекорды ставить. Я сейчас, считайте, дыхательной гимнастикой увлёкся. Оказывается, есть масса комплексов на контроль именно кислорода в тканях, на насыщаемость кислородом тканей и на вывод молочной кислоты. Не буду подробно, вопрос только в дисциплине, дыхательной гимнастике и аутотренинге.
Смоляков оборачивается и недоверчиво смотрит на меня, при этом успокаиваясь.
— Ну ладно, — покладисто кивает он. — Главное, чтоб ты сам в это верил. — Он издаёт короткий смешок. — И лишь бы результат был стабилен.
— Результат стабилен, вы же видите.
— Не поспоришь. Согласен. Ладно, беги, у меня сейчас малыши уже в воду входят.
В КЛИНИКЕ Котлинский явно куда-то собирается, торопливо ощупывая свои карманы и проверяя содержимое дешёвого офисного рюкзака «под ноут». Обычно он ходит с солидным портфелем, потому спрашиваю:
— Что за отрыв от имиджа, Игорь Витальевич? Здравствуйте. Вы же обычно с портфелем?
— Да в облздрав еду. Буду там с бубном плясать. Надо будет бакшиш оставить, вот я там этот рюкзак и забуду. Как будто. С тем, что внутри…
— Ничего себе, прямо как шпионы, — восхищаюсь сложностью обычной, на первый взгляд, операции.
— А ты думал… Смех смехом, а уже два с лишним года как введена одинаковая ответственность и для самого взяточника, и для того кто ему что-то даёт. — Котлинский многозначительно поднимает палец.
— Не буду спрашивать, а что будет, если пропустить платёж и последовать строго букве закона…
— Правильно. Не спрашивай. И не услышишь, как отзываются лицензии, приходят проверки и создаются невыносимые условия всем.
— А почему Бахтина не напряжём? — на полном серьёзе интересуюсь. — Неужели…