— Что не читал?
— Чистовик. Текст после его утверждения редактором.
— Ага. Тогда моем руки и за стол. А ты, Миша переодевайся в домашнее. Поедим, потом откроем бандероль и будем знакомиться с релизом. И вообще с журналом.
Я не сопротивлялся, у самого было желание потянуть этот сладкий момент случившегося маленького чуда — публикации моей статьи в центральной прессе. Очередной статьи'.
«Почему-то охладел к дневнику… Неужто звезду словил? Мол, и так теперь прямая дорога в МГУ на факультет журналистики? Там с распростертыми объятиями ждут вчерашних школьников с периферии, да? Так что, вся моя история с дневником как литературным продуктом теперь не актуальна? С другой стороны, дело не в том, что дневник поступить поможет, он просто как гантели для прокачки мозгов и шлифовки стиля».
Надо уже признаться самому себе — мой авторский стиль, стиль успешной акулы пера Дмитрия Лихарева конкретно сейчас не будет востребован по причине своей скандальности и непривычной резкости. В эти времена даже слово «задница» неприемлемо, не говоря уже о свойственной мне агрессии по любому поводу. С таким накалом страстей сейчас разрешено писать только про американскую военщину и израильских агрессоров, оставивших без крова мирных арабов.
'Но это всё лирика в стиле Омара Хайяма, на самом деле не так важно, какие чувства я испытываю, важнее, какие цели преследую. Да. Цели, если разобраться, делятся на две группы. К одним мы стремимся, другие поражаем. Моя цель на сегодня, вернее на обозримый отрезок времени — поступить на журфак. И здесь такой тонкий момент есть, можно попытаться ворваться в уже упомянутый мною МГУ, а можно попробовать поступить в какой-то другой университет. Факультеты журналистики есть только в государственных университетах во всяких Свердловсках, Минсках, Киевах и прочих больших городах Союза ССР. Везде большие конкурсы, но условия поступления кажутся более адекватными в сравнении с Москвой. Так что опять надо думать и решать. Или я рано начал дергаться?
«Так что там со статьёй?» — спросил бы гипотетический читатель моего дневника, если бы он был (вряд ли я покажу этот текст кому-нибудь, кроме главреда при приеме на работу, и то только в случае крайней нужды). Надо вам, открывайте мартовский номер за восемьдесят второй год и читайте! Хотя да, предисловие редактора получилось забавное.
'Молодой высокий мужчина стоял на Петровке, нервно сжимая в руке черную пластмассовую пластину и чертыхался вслух:
— Проклятый мобильник не ловит совсем!
— Товарищ, у вас какие-то проблемы? Могу я вам помочь?