'Сил на грушу нет никаких, всё тело ощущается как та канарейка, которую герой анекдота спьяну выжал в чай. Папа Дима видит моё состояние и не дергает вопросами, да и так понятно, мальчик катался на коньках, вернее играл в хоккей. Хотя один вопрос всё-таки задал:
— Сын, как рукавицы себя показали? Не зря вчера пыхтел?
— Не-е-е, отлично! Пальцы целы, по воротам попадал. Всё не зря. Одна беда, скоро весна.
— Да что той весны-то, Миша! Не заметишь, как лето наступит. Экзамены же. Пока подготовишься, пока сдашь — уже и лето.
— Ага, моргнешь, а лето кончилось.
— Ну и так бывает. Если портфель собрал, ужинай, иди в душ и спать.
— Если бы. Дневник сам себя не напишет.
— Разок можно и пропустить, ничего страшного.
— Да был уже разок, и второй… Если стану так лениться, литератор из меня не выйдет. Надо писать.
— Ну раз так, садись пиши. Тебе виднее.
Сижу, пишу. Глаза слипаются, а что делать. Сам себя не заставишь, никто не заставит. Что-что, а человеком быть — это личный и осознанный выбор каждого'.
Вид сбоку: «Дорогие друзья, сейчас для вас выступит группа „Одноклассники“!» — прозвучало со сцены, и у членов жюри городского конкурса музыкального творчества учащихся скривило морды лиц:
— Какая такая группа⁈ Какого хрена вообще было рот раскрывать вон тому школьнику? Ранее уже было ясно сказано, что выступает музыкальный ансамбль школы имени Германа Степановича Титова.
— Целиком и полностью согласен с вами. Давайте отберем у него микрофон.
— Как это? Они же сейчас петь будут.
— Ну так это… Чтоб не пел вон тот. А то вдруг споёт что-то не то.
— Как они могут петь не то, когда список исполняемых произведений утвержден на самом верху? Вы что-то совсем уж фантастическое сочиняете, Пал Семеныч. Такого быть не может. — Моложавая женщина с комсомольским значком на груди даже дышать чуть не забыла от такого предположения. Как можно петь не то, что согласовано?
— Ладно, но если что, сама побежишь к пульту.
В это время горлопаны начали бодренько наигрывать на своих инструментах что-то разухабистое. И хотя школьники стояли на сцене как статуи, всё равно возникало ощущение какого-то неприличного вихляния. Словно это не комсомольцы на сцене городского дома культуры, а прости-господи Леонтьев на «Песне-82».
— Что они исполняют?
— Сейчас посмотрю. Вот, тут всё как в аптеке, «Девочка в автомате» на стихи Вознесенского! — Серый листок с мутными синими буквами, явно четвертая или даже пятая копия машинописного списка участников и исполняемых произведений.
— А почему разрешили?
— Песня в списке «Союза композиторов СССР», разрешена к исполнению. Я помню, её даже по телевизору когда-то крутили.