Пускай в стане врага начнётся смута.
— Стас, — вполголоса окликнул Платон. Он шёл чуть позади, стараясь не попадаться на глаза редким прохожим. — А если Вебер там?
— Вебер — чиновник. Он не будет стоять у ворот.
— Я о другом. Если мы заберём деньги, а Вебер поднимет шум.
— Он поднимет шум, когда обнаружит пропажу. А мы к тому времени будем уже за насыпью.
Мы свернули в проулок. Хозяйственный двор был обнесён каменным забором с колючей проволокой поверху. Посмотреть, что творится во дворе, мы не могли, а хотелось бы…
Поэтому просто пошли дальше и вскоре увидели часового у ворот.
Я подошёл к воротам и козырнул.
— Ефрейтор Ланге, — отчеканил я. — К сопровождающему по ремонтной летучке.
Часовой, молодой парень с усами, оглядел меня.
— По какому вопросу?
— Капитан Вебер приказал передать документы по летучке, — я полез в карман и достал бумагу, которую накануне отдал мне Платон. Её нашли во внутреннем кармане кителя Лютце, когда его люди вытряхивали мешок: второй экземпляр старой накладной на детали, с печатями двора и склада. Я пробежал её глазами ещё ночью. Двора больше нет, но часовому на это плевать: у ворот она сработает. А вот первый же, кто начнёт её читать, поймёт подлог. План держался на скорости: войти, найти сопровождающего и уйти раньше, чем бумагу понесут проверять.
Часовой глянул на бумагу мельком: читать и вникать ему явно не хотелось. Хватило моей серьёзной хари и печатей, которых на листе было просто дохренища.
— Проходите. Сопровождающий вон там, у склада, — он махнул рукой вглубь двора и шагнул в сторону, пропуская нас.
Я коротко кивнул, обернулся, глянул на Платона и пошёл дальше.
Двор был небольшой. Слева — длинное кирпичное здание склада, справа — караулка и что-то вроде конторы. А у стены склада стоял незнакомый мне унтер-офицер. Перед ним на ящике лежала сумка.
«А не эта ли сумка мне нужна?»
Унтер курил, листал какие-то бумаги и в целом не обращал на нас внимания. Рядом с ним стоял гражданский, заметно напряжённый от такой компании. Не Зорин — того я бы узнал. А кто — я не знал. Да и знать не хотел.
Я подошёл ближе. Платон отстал, чтобы следить за всем двором.
— Господин унтер-офицер! — окликнул я.
Немец обернулся.
— Да?
— Капитан Вебер просил передать, — я протянул ему бумагу.
Унтер взял лист, пробежал глазами. На секунду его лицо стало непроницаемым. А потом он поднял голову и посмотрел на меня. В его взгляде мелькнуло подозрение.
— Это накладная со старого двора, — медленно произнёс он. — Что вы хотите…
— Новый опорный пункт, — тут же сообразил я. — Куда доставить?