Стычек больше не было, но я подробно расспросил Виктора про этого неведомого мне мурга.

— Это редкий зверь в этих местах. Возможно, сбежал, когда его везли во Фрост, там знать любит устраивать бои.

Что за бои спрашивать не стал, сразу решил, что там не обходится без преступников и многочисленных трупов рабов.

— Крупных зверей здесь почти не осталось. Охотники из ближайших деревень почти все истребили, — продолжил он.

Мы сидели на упавшем дереве после тренировки. У меня уже начало получаться значительно лучше, и Виктор всё чаще говорил мне «молодец». К слову, это не единственное, чему я учился. Пару раз я выходил в лес с Сиренью, и она показывала мне лекарственные травы и коренья. Но вот сварить бодрящий отвар я бы всё равно не смог без волшебной силы. После одной из таких вылазок она сделала целый бурдюк такого энергетика.

На нём мы шли всю ночь и часть утра, чтобы уже когда встало солнце, мы оказались под стенами города Савор.

Он чем-то неуловимо напоминал Фрост, по крайней мере, ту часть, что я успел увидеть, когда мы из него бежали. Вот только широкая стена с железными воротами охранялась всего двумя стражниками, да и те особо не напрягались, пропуская всех и каждого.

На нас также не обратили внимание. Но едва мы ступили на мостовую, то я понял, что до Фроста этому захудалому городишке далеко. Дорога грязная, дома жались друг к другу, сроднившись стенами, нищие сидели чуть ли не на каждом пороге с пустыми тарелками.

И вонь. Дикая смесь конского навоза, нечистот и гнили. От неожиданного букета, что с размаху ударил мне в нос, я открыл рот и украдкой вытер выступившие слёзы.

Каждое мгновение я ждал, что мне на голову выльется порция помоев, но в этом плане здесь было лучше: дома были почти все одноэтажные.

Старательно обходя кучи дерьма, мы прошли окраину и оказались на вполне приличной площади. Вот её можно уже было сравнивать с Фростом. Хоть я и пытался найти что-то общее в архитектурном стиле, но тут царил откровенный хаос. Богато украшенные портики соседствовали с узкими окнами и шпилями, помпезность барельефов сменяла лаконичные серые стены, а статуи прекрасных дев стояли возле грубой бревенчатой таверны.

Ну вот кто так строит⁈

На месте мэра этого города, я бы руки градостроителям поотрывал, чтобы приезжих не тошнило, глядя на это буйство. Впрочем, демонстративно бить ботинком по невидимой трибуне я не стал, а просто шёл за Виктором. Сначала я думал, что он решил поселить нас в центре города, но вскоре стало ясно, что он вёл нас на другую сторону.

Эта часть города просто утопала в деревьях и кустарниках. Все они были отлично подстрижены, аккуратно высажены ровными рядами и производили очень приятное впечатление. Я так засмотрелся, что чуть в лужу не наступил. А вот почему город выглядел именно так, я спросил Сирень.