— Я понимаю это все, Оль. Но это же первое мое дело, где речь идет о человеческой жизни. Наверно, не стоило за него браться вообще. Ищем мы ключи и документы, собачек и кошечек — вот этим бы и ограничивались. Не по Сеньке шапка…

— Но ведь это не первое твое дело, где речь идет о человеческой жизни, — тихо говорит Оля. — Ты ведь ищешь Олега. Это тоже дело о человеческой жизни.

Напрягаюсь. Наверно, сейчас Оля начнет меня убеждать, что пора уже отпустить прошлое, что нет смысла плакать о пролитом молоке… Хочется сказать спасибо и встать из-за стола, мы ведь уже поели.

Нет, если у меня это с Олей всерьез, важно, чтобы она меня понимала. Нахожу бутылку с вином, бокалы и штопор — на Олиной кухне все на своих местах. Открываю вино, разливаю по бокалам.

— Понимаешь, Оля, я всегда отвечал за младшего брата. И то, что с ним случилось — это неправильно. Он гамал, конечно, запойно, и турнирами этими увлекся еще, но… Это не значит, что он в самом деле хотел всю свою жизнь на это грохнуть. Со временем перебесился бы. Понял бы, что в киберспорте ему ничего не светит, и занялся бы чем-то нормальным. Он ведь умный парнишка, Олег. Нервный, уязвимый, но умный и с характером. И программировал не так уж плохо. Через год до мидла дорос бы, а там и до сеньора лет за пять. Девушка у него была, потом не сложилось что-то у них, вот он и загрустил. Ничего, оклемался бы, встретил бы еще кого-то. А я тогда… в Одарение… психанул, в общем, и надавил на него. Вот он и… тоже психанул. Такое бывает, нет семьи, где не случались бы ссоры время от времени. Кто же знал, что это тот самый день.

— Никто не знал, — отзывается Оля, отпивая вино. — И ведь уже почти год прошел, а мы так ничего и не знаем. Но это не значит, что мы не можем узнать. К нам в отделение приходили ребята из «Детей Одарения»…

— Это которые листовки у остановок раздают? «У Одарения есть смысл и цель»?

— Да, они. Я хочу посетить их собрание. Пойдешь со мной?

— Оль, да ты чего? Ну что они могут знать?

— «Они» вряд ли что-то знают, Саша. Я не жду, что выйдет гуру и огласит высшую мудрость… если там так, я сразу уйду. Но если мы, люди, не будем собираться вместе и пытаться разобраться в том, что с нами произошло… как мы разберемся?

— Оля, ну что ты такое говоришь! Это же просто очередная секта, развод лохов на бабло. Я не хочу, чтобы ты в это ввязывалась!

— Спасибо за поддержку, — отвечает Оля ледяным тоном. — Я тебя услышала. А во что мне ввязываться и во что не ввязываться, буду решать сама, с твоего позволения.

Отставляю в сторону бокал с вином. Мы встречаемся уже три месяца, а настолько напряженного разговора у нас еще не было. Оля умеет в сарказм, ну надо же.