— Компот — за счёт заведения.

Подмигнула и ушла.

А он принялся за еду.

Пюре… самое настоящее. И рыбка— свежайшая!

Это подарок добрых духов, не иначе!

Тихий гул перемежался взрывами смеха, вечер потихоньку катился к ночи. О том что будет дальше, индеец не думал.

Не хотелось.

Гул изменился.

Стих.

Его перорезал непривычный не то рык, не взвизгивающий лай, ему что-то отвечал испуганный женский голос.

Хуц-Ги-Сати обвёл взглядом зал.

О, оказывается, за столиком в глубине зада сидели туристы. Похоже, бритты. Ага, точно, они обожают эти дурацкие безрукавки с высоким воротом.

Чо их сюда занесло, удивился Хуц-Ги-Сати и сам себе ответил — осень же, красиво вокруг, едут на лес да море полюбоваться. Эти, правда, не то чтоб любовались.

Двое плечистых мужиков вскочили и тыкали пальцами в тарелки, которые принесла им Стеша. Один, видать, был боссом, второй, судя по тому, как он кланялся, когда босс начинал орать, подпевалой. Остальные сидели и барагозили на полтона ниже.

— Русский тупай, дааа? — переводил подпевала. — Девка тупай, да?

Из-за стойки уже спешил к гостям хозяин.

Босс заревел снова, раненым в жопу медведем, и толкнул трактирщика ладонью в грудь.

Вот тут Хуц-Ги-Сати стало обидно. И за Стешу и за трактирщика. И за вкусную рыбу, которую ему не давали доесть спокойно.

Он широким шагом пересёк зал и отодвинул трактирщика.

— Ты это что тут хамишь? — рявкнул он в морду босса. — Ты тут в России, не у себя дома!

Босс окончательно вызверился и попытался отвесить ему пощёчину.

Хуц-Ги-Сати увернулся и от души залепил ему боковой в ухо.

— Наших бьют! — восторженно заорали сзади.

Хуц-Ги-Сати сидел в клетке, смотрел в потолок, ждал рассвета.

Ощупывал зубы. Один немного шатался, но, если не считать распухших губ и боли в рёбрах, обошлось. Да и рёбра не особо сильно болели.

Махаться на трезвянку оказалось прикольно.

Правда, Горюнов с подмогой прибыл на удивление быстро, так что вломить бусурманам по-настоящему не успели.

Ну и ладно.

Что дальше-то будет, подумал индеец.

В этот момент и открыл дверь Брязгин.

Прошёл к клетке, позвенел ключами.

Вошёл, сел рядом.

Вздохнул.

— Умеешь ты выбирать, с кем драться-то, Дима.

Махнул рукой на Хуц-Ги-Сати, который уже рот открыл.

— Короче. Ориентировка на тебя пришла. Янкесы что-то такое запрашивают. Якобы допросить по причастности к убийству. Ну и незаконное пересечение границы, само собой, на тебе аж с двух сторон висит. Должен я тебя вроде как подготовить к конвоированию, да и отправить к ним. Понимаешь?

Хуц-Ги-Сати понимал, и от этого снова навалилась серая хмарь.

— Вот только позвонили мне несколько дней назад. И человек очень интересную историю мне рассказал. Об одном парне, которого втёмную поимели, да и решили списать. Сказал, мол, если объявится, вы ему присоветуйте на месте не сидеть.