Ну, типа, она почти всё понимала. Особенно, когда принимала синенькие маленькие таблетки и всё становилось простым, понятным и приятным. Зеркальный очень полюбил с ней быть сразу, как она их принимала.

Потом, правда, после них приходила серая хмарь и хотелось выть, плакать, всё время мыться после того, что он с ней выделывал — он выдумщик был. Но чтобы никаких следов, никаких шлепков и этого всякого. «Чикита, нам всем нужно чтобы у тебя было нежное личико и сладкая тугая попка!». Чтобы такого не случалось, были другие таблетки, от них хорошо было спать. Но они стоили дороже, а Зеркальный перестал давать их за… ну, за услуги. И в той аптеке велел только за кэш давать. «Чикита, ты сладенькая везде, но продажи надо смазывать кэшем, я помогу тебе заработать, но гони кэш».

И так оно крутилось, казалось, вечность.

Она сначала боялась в клубе — думала, туда бандиты одни ходят.

А оказалось, там и нормальные были, любили после работы приезжать и из офисов, и бизнесмены даже. Те, правда, заказывали отдельный вход сразу в кабинеты. И к ним туда приходили девочки по спецзаказу. Она один раз только была. Ну, толстый мужик. Сопел. А сначала пил и всё ныл о том, что: «Юги снова давят. Понятно, у них фермерам льготы, да негры, обученные в третьем, а то пятом поколении, они ж с пелёнок для плантаций заточены! Федералы⁈ Да они им продались и душат нас, местных предпринимателей!». Потом ещё вискаря опрокинул, прям, как русский, и штаны полез расстёгивать — давай, говорит, попробуй местный вкус.

Ну и сопел.

Маша нахмурилась.

Оказывается, она сидела на их с Сатиком кровати уже давно.

Сколько? Не понимала.

И Сатика нет. Ну и не надо.

И весь заработок снова куда-то ушёл, а она же хорошо получила за приват. У неё уже стала появляться своя клиентура, «тебя снова „твои“ требуют», шепнула ей вчера менеджер зала и подмигнула. Или позавчера? Она не помнила точно, но это было хорошо. Хозяин любил, когда у девочек были свои клиенты, это хорошо и для заведения, и для девочек. Зачем им куда-то уходить, если они знают, что им в трусики сунут купюру, которую можно не отдавать менеджеру. Она и не отдавала, что она, дура? Она сразу узнала, что лучше в конце недели сразу «смазку» отдать, чтоб менеджер зала тебя новому клиенту показал, или отправил заказ относить тем, кто уже подпил и денежный.

Снова она что-то в мысли ушла.

Оказывается, она всё это время держала в руках планшет.

Ну, на который счета приходили.

И там цифры были.

Плохие.

За оплату счетов она у них с Сатиком отвечала. Ещё там, в России, это повелось, и всё хорошо было. Она вспомнила, как Сатик улыбался и её по голове гладил — ты моя хозяйственная скво! Я знаю, что ты каждую копейку уже рассчитала. Спрашивал только иногда: денег, мол, хватает?