При виде вошедшей, Наташа слабо улыбнулась и прошептала:
— Катя…
Эллес замерла при виде этой картины. Затем быстро подвинула стул к кровати и присела.
— Вот я и тут.
Осторожно погладила руку. И растерялась, не зная — что сказать. Ну не о самочувствии же спрашивать! Наташа чуть слышно вздохнула.
— Видишь как всё…
— Да… плохо. Я могу помочь хоть чем-то?
— Нет, Катюша. Это уже… всё.
Эллес уже поговорила с братом. Тот сказал, что в его «аптечке» таких препаратов нет. И вообще их не существует. Травмы подобного рода лечат в регенерационной камере. Но первые такие камеры появятся лишь через много-много веков. А сейчас… помочь невозможно. Он и сам хотел приехать в Питер, но его не пустили бы к больной.
— Мне сказали, родители твои приходили.
— Да. Они в гостинице будут жить. Пока меня не повезут домой.
Она снова улыбнулась, краешком губ.
— Я так рада тебя видеть, Катюша…
Эллес вдруг ощутила как из глубины поднимается волна. Что-то странное, незнакомое доселе. Дышать стало трудно, а глаза… тяжелели. Их словно застила пелена.
— Ой! Ты плачешь… Не верю глазам.
Наташа коснулась ее руки и чуть сжала. — Не надо… все пройдет.
Эллес вытерла рукой слезы. Первые слезы в ее жизни… Ее взгляд упал на мобильный телефон.
— Тебе уже можно по телефону разговаривать?
— Да. Вчера сняли ИВЛ. Могу поговорить. Недолго. Я его только сегодня включила. — Она грустно усмехнулась. — Мне звонят, а я трубку не беру. Не хочу.
— А Сергей? Он звонил?
Наташа не ответила. Медленно закрыла глаза. Эллес все поняла.
— Ясно… А ты ему звонила? — Нет. Зачем?
— Наташа, скажи… правду. Я не могу понять. Ты же отлично знала, что семь — нельзя. Что случилось?
Тишина. Она как будто уснула. И вдруг медленно качнула головой. И чуть слышно:
— Он сказал… Сделай это для меня.
* * *
Эллес спустилась по лестнице, отдала халат в больничном гардеробе, скинула бахилы в мусорку и направилась к выходу. Но у самой двери остановилась. Некоторое время стояла в задумчивости, затем присела на стул у стены. Замерла, глядя в какую-то неведомую точку.
Вдруг по лицу словно пробежала судорога. Она стиснула зубы, рот скривился гримасой. Глаза вспыхнули гневом… ненавистью. Лицо стало страшным…
Но лишь на мгновение. Вскоре она выглядела как обычно. Достала мобильник и нажала вызов. И услышала быстрый голос:
— Катя! Ты?
— Здравствуй, Арина.
— Я сама хотела тебе звонить, но не решалась. Тебе сейчас не до… Так ужасно это всё!
— Да. Ужасно. Мне нужна твоя помощь, подруга…
Глава 33 Месть амазонки
Петербург — один из лучших городов на планете. Пускай здесь нечасто выходит солнце. Но у него своя, уникальная красота. Местами суровая и даже тяжёлая. С запахом сырого камня в колодцах старых дворов. Иногда парадная и торжественная. Порой печальная, немного депрессивная. С лёгким шармом утраченного столичного блеска…