Лещенко и Розов внимательно наблюдали за тренировкой. Вроде все хорошо, но главный был чем-то недоволен. Он раздраженно пощелкивал пальцами и кривил губы. Не поворачивая головы, процедил:

— Так ты можешь объяснить — почему Малышева пролетела на финале?

Розов смущенно замялся. — На тренировках все было тип-топ.

— Да мне по фиг — что у нее на тренировках! Почему в произвольной два раза упала? Плюс недокруты ломовые. Восьмое место! Что за дела?

— Просто перенервничала. Бывает.

— Вот этот фуфел про «бывает» знаешь куда засунь? То есть, на этапах она побеждала. Пока была там. А пришла ко мне — и сразу падать стала? Ты хоть знаешь, какой вой пошел? Я задрался на этот вопрос отвечать! Говорю что травма у нее. Да никто же не верит!

Розов явно чувствовал себя неуютно. Он поежился. — Я с ней поработаю. Все будет нормально.

— Да что мне с твоих слов? Мне дела нужны. Еще и Фомина проиграла… Ты хоть что-то делаешь, чтобы она Ладыгину обошла? Я за что тебе деньги плачу? Должность дал, группу, всё дал. Так шевели батонами-то! Ты говорил с ней?

— Говорил, вы же знаете.

— Да ни черта я не знаю! Может она «семерку» прыгнуть или нет?

— Может. Но не очень хочет.

Лещенко раздраженно оскалился. — Раз может, пусть прыгнет! Всего один семерник нужен. Только один! Этого хватит для победы. Всего чуть-чуть надо-то!

— Хорошо, я поговорю с ней.

— Так иди и поговори. Я хочу видеть семерку! На Европе не надо. Как получится — так и пусть. А на Играх пусть прыгнет. И тогда золото наше. Но я должен это увидеть. Прямо сейчас. Понял?

Розов покорно кинул. — Понял я.

— Вот и отлично. Я выйду сейчас. А ты ее обработай. Когда вернусь — она должна прыгнуть.

Когда за шефом закрылась дверь, Розов похлопал в ладоши. Затем позвал Наташу к себе. Она подъехала с радостной улыбкой, подняла руки, изобразив пальцами «снимок камерой».

— Ну как? Все довольны?

— Не то слово. Ты как всегда супер. — Он замялся. — Наташа, шеф очень хочет посмотреть как ты семерку сделаешь.

Она шумно выдохнула. — Ну вот… опять двадцать пять. Да не хочу я! Зачем? Чтобы Катю обойти?

— Ну… не совсем.

— Тогда зачем?

Розов взял ее за руку и нежно погладил. — Ну просто хочет посмотреть. И я… тоже очень хочу. Наташ, можешь это сделать для меня? Просто для меня!

Лицо девушки стало грустным. — Не знаю. Тебе это очень надо?

— Да. Ты же знаешь, я никогда тебя ни о чем не просил. Сейчас в первый раз прошу. Сделай это для меня. Пожалуйста!

Дверь открылась, появился Лещенко. Он молча подошел к бортику и уставился куда-то немигающим взглядом. Наташа чуть заметно кивнула.