Я не стал комментировать, махнул рукой и пошел к пленнику, которого Стеча привел в чувство. Я присел рядом и для убедительности достал нож.
— Сколько сектантов на скотобойне? — деловито спросил я.
— Не губите, я сторож простой, — затараторил мужик, — Это Платон все, а я-я не-е, женщин не трогал… А-а-а, староста сам на нож напоролся. Не губите, я все расскажу. Я полезный!
То, что он мямлил, мне совершенно не понравилось и, судя по оскалу Стечи, не мне одному, но с этим мы еще разберемся.
— Еще раз, сколько сектантов на скотобойне? — на одной ноте повторил я.
— Так нету никого, — испуганно сказал мужик.
— Как это нету?
— Ждем только, я потому и не пил. Платон сказал, встречать ночью будем.
Я не успел ни обрадоваться, ни расстроиться, как за воротами послышался приближающийся гул мотора. А Банши, забравшись на стену, крикнула:
— Фургоны едут! — Блондинка потянулась на цыпочках, всматриваясь в дорогу. — Хреново, что-то много их.
Глава 21
— Может, если не откроем, то они уедут? — спросил Стеча.
— Ой, смотри, уже разворачиваются, — стала ерничать Банши. — Ну, конечно, нет. Им скотобойня нужна.
— А как же запасной вариант? — поинтересовался я.
— Не думаю, — покачала головой Банши и спрыгнула на землю. — Скотобойня прям аж фонит негативной энергией. Представляешь, сколько живых существ тут померло? А вокруг только лес да болото. Так что на штурм пойдут.
— Я пойду местных поищу. Стеча, укрепляй ворота. А ты, Банши, сможешь нахимичить еще своих чудо бомб? — Я дождался двух кивков и побежал к домам, где еще горел свет.
Шарахался по пути от каждой тени, потому что был риск, что в деревне еще остались недобитые бандиты. На стрельбу никто не прибежал, но это еще ничего не значило. И первый подарок нашелся в бане — в виде голого мертвого рецидивиста и заплаканной девушки с окровавленным ковшиком в руках.
Ее трясло, она то всхлипывала, то умоляла не трогать ее, то грозилась, что теперь так будет с каждым, кто поднимет на нее руку. Я тот еще знаток тонкой женской натуры в стрессе, да и времени не было, так что я просто окатил ее холодной водой, дождался осмысленного взгляда и сказал, что все закончилось. Никто ее не тронет, пусть только скажет, где все местные.
Не только сказала, но и отвела. Странно так говорить, но нам повезло — хрен, который охранял деревенских решил с ней позабавиться и затащил в баню. А потом повезло ей, когда мы начали палить, и мужик повернулся к ней спиной.
По дороге встретили второй подарок — подранка из бандитов, который еще до нашего прихода навернулся с ворот и сломал ногу. Я даже сделать ничего не успел, как раскрасневшаяся девица перебила ему спину коромыслом, подобранным у колодца.