Предположение же о том, что разгромленный нами лагерь — это всего лишь передовой разведотряд, я даже рассматривать не хотел. Потому что тогда, против целой армии, нам никакая тактика и никакие укрепления не помогут. Только бежать. Если успеем.

Но, в любом случае, нападут они не сегодня и не завтра. Сейчас у них дел и так по горло: нужно разобраться с последствиями пожара, похоронить погибших, привести себя в порядок. Пока они там разберутся, потушат остатки или просто дождутся, пока всё догорит, — наступит ночь. Лагерь, скорее всего, снимать не станут, просто выдвинут оттуда самые боеспособные силы для штурма, оставив на месте обслугу, раненых и обоз с туземцами.

Ну а если у них всё получится, то просто перенесут свою основную базу поближе, в нашу станицу. В готовые, более-менее целые дома.

Обдумывая в таком мрачном ключе возможные варианты развития событий, я покинул прохладу клуба, доехал до своего дома, наскоро перекусил тем, что было — куском черствой лепешки и салом, — и выдвинулся дальше, в мастерскую к Гагарину.

Машину в этот раз решил не гонять, а прогуляться пешочком. Спешить уже некуда, можно спокойно пройтись, подумать, тем более мастерская, если огородами, совсем недалеко.

Вышел из дома, щелкнул щеколдой на калитке, поправил за спиной автомат — меняться обратно на своего трофейного «немца» пока не стал, глава не спрашивал, а сам я не предложил, — и двинулся вверх по пустынной улице, не переставая размышлять о насущном.

Вот почему так всегда — всё одно к одному? Нет, чтобы дать нам немного времени, передышки. Тут и надо-то всего ничего, казалось бы: найти, наконец, тот чертов портал, собрать народ, подготовить его к переходу, и полным составом, с техникой и скарбом, вернуться домой. В свой, настоящий мир.

Но, как назло, если не отсюда, так оттуда обязательно вылезет какая-нибудь новая херня, которая рушит все планы. Поэтому теперь только и остаётся, что стиснуть зубы и булки, и ждать, когда эта лавина накроет нас с головой.

Нет, я не переживал, что нас застанут врасплох. Наша разведка и система наблюдения работали исправно. Мимо постов, выставленных на всех высотках и на дальних подступах, незамеченным не пройдешь. Все дороги и тропы, все броды на реках под постоянным контролем, на периметре — усиленное дежурство. Плюс, со стороны самого вероятного подхода этих «иностранцев», еще и растянута цепь простейших, но эффективных сигнализаций — растяжек с пустыми банками и колокольчиками.

Но даже если предположить, что у них каким-то невероятным образом получится подойти скрытно и обойти наши дозоры, — сработает первая, внешняя линия обороны.