Время тянулось мучительно долго. Здоровенный червяк в сопровождении своей группы поддержки медленно ползал между рядами, а количество людей у антрацитового помоста все увеличивалось и увеличивалось.
Кажется, прошла целая вечность, прежде чем этот омерзительный торговец замер возле меня.
В ноздри бил противный запах гнили. Если морда твари приблизится еще на миллиметр, мой желудок может и не выдержать. Правда, что ему извергать, — тот еще вопрос, учитывая объемы и вид потребляемой пищи.
Я глядел себе под ноги, как и подобает рабу. Нельзя поднимать глаз, хоть и хотелось посмотреть на монстра вблизи. Исследовательский интерес не давал покоя — ведь кроме окающего рта, его «лицо» ничем не отличалось от всего остального тела. Да и рот не различить, если тот закрыт. Как он вообще дышит? Есть ли у него зрение, нюх? Вдруг когда-нибудь придется сражаться с подобным, я должен собрать как можно больше информации…
Но не могу. Вместо этого тупо стою, до боли сжимая зубы. Смотрины знатно бесили мою Альфа-сущность. Несмотря на прогресс в контроле собственных эмоций, сдерживаться в такой ситуации становилось все труднее и труднее. Чего он замер? Неужто и меня решил прикупить?
Нет, я, конечно, хотел бы посмотреть другие планеты, но сейчас есть куда более важные дела. Да и участь «товара» уж точно не по мне.
Блин, ну чего застыл-то, глист проклятый?
Я уже начал всерьез волноваться, когда толстая туша молча поползла к следующему образцу. Выдохнул с облегчением. Некоторое время назад червь перестал брать всех подряд, кто хоть немного отличался. Повезло, могу спокойно продолжить миссию.
Остаток «смотрин», как по мне, проходил гораздо живее. Меня миновали, дамоклов меч не висел над головой, а значит, можно успокоиться.
Вот только лютая злоба будоражила душу, стоило только посмотреть в сторону постамента. Почти половина отобранных безвольными куклами валялись прямо на снегу. Те из них, кто пришел в себя, сокрушенно глядели под ноги. Другие не думали подниматься — просто обреченно сидели. Благо волкодлаки, оцепившие «товар», не заставляли несчастных стоять по стойке смирно.
Я держался… Держался, сохраняя каменное лицо.
— Нет! Я не пойду никуда! — раздался гневный возглас. Я быстро повернул голову и увидел мужчину с нашего квартала. Одного из тех, с кем периодически переглядывался Артур. — Пошли вы к черту, конченные твари!!! — он гневно харкнул в червя и бросился бежать между рядов.
— ГР-Р-Р-Р-Р-Р-РА-А-А!!! — прежде чем изумленные рабы вообще успели понять, что происходит, над площадью раздался оглушительный рев. Рык конунга был настолько мощным и страшным, что, если бы у кого-то вдруг и закралась мысль тоже дать деру, она бы тут же растаяла.