Григорий расплылся в улыбке:

— Как и ожидалось от Защитника. Стало быть, выбор у вас невелик. Вот ваша кровать, — он указал на ближнюю к двери. — А нижний этаж на ней мой.

— Судя по вашим словам и четырем отсутствующим ключам, — я кивнул на шкафчики, — кроме нас с вами здесь живут еще трое. Легендарный Мейсон, чертов Чен и?..

— И Антон Михайлович. Все верно, — кивнул Григорий.

— Все они на задании?

— Так точно, — вновь кивок.

Я уселся на нижний ярус пустой кровати напротив нашей. Григорий недовольно скривился и покачал головой. После чего прошел к столу и разместился на стуле, положив руки на колени.

— Так и будем сидеть? — спустя несколько минут давящего молчания выдавил я.

— Чуть позже принесу ваше постельное белье, — проговорил дворецкий. — Тогда сможете прилечь.

— Я не об этом, — раздраженно мотнул головой. — Я что, ваш арестант? Почему меня закрыли здесь с вами?

— Вам противна моя компания, Александр? Я не имею намерения навязываться. Но если хотите, можем сыграть в карты или в монополию, даже импортная игра «Манчкин» есть в моем шкафчике. Вы только скажите, и тут же обеспечим досуг!

Я протяжно выдохнул и обреченно покачал головой. Этот мужик либо самый лучший актер из тех, у кого до сих пор нет Оскара (и уже точно не будет, ибо больше нет киноиндустрии), либо действительно простой как пять копеек. В любом случае удивительно, что излишней агрессии его усатая рожа во мне не вызывает.

— С кем говорит Белова? — прислонившись спиной к стене, прямо спросил я.

— Не могу сказать, Александр… — он потупил взор и замялся, затем неловко поднял глаза. — Будьте добры, откройте мне свое отчество?

— Александр будет достаточно.

— И все же я прошу, — настойчиво повторил он.

— Петрович, — уступил я, но попытки выудить из него хоть что-нибудь полезное не оставил. — Ну, мужчин на базе теперь пять. Сколько женщин? Есть ли кто, кроме Беловой?

— В данный момент постояльцев нет, Александр Петрович.

— Были?

— Были, Александр Петрович.

— Давно?

— Прошу, сменим тему, Александр Петрович.

Я вновь протяжно выдохнул и, поднявшись на ноги, протиснулся мимо стола к окну. Ничего интересного не увидел, кроме притоптанного перед забором снега.

— Слушай, Григорий, — заговорил я, вернувшись на кровать. — Каково тебе было? Одному служить здесь, когда начался конец света? Ты видел, что творилось с деревней? Как все происходило?

Мужчина посмурнел и нехотя ответил:

— Видел, Александр Петрович.

— И ничего не предпринял? — догадался я.

— Ничего, — тихо проговорил он и глянул на меня колючим взглядом. — Моя задача была сохранить этот дом. Будущую базу Защитников, Александр Петрович. Я не мог навести врага на это здание.