А вот Яна с Артуром не принимали участия в деятельности товарищей. Вместо этого супруги отстраненно ходили по замку да по двору. Я попросил Индисисиса, для охраны расставившего своих по периметру, обеспечить нашим людям свободное передвижение. Правда, уточнил, чтобы следили, — не дай бог кто решит слишком далеко отойти от замка. Конечно, я всем доверял, но…
Леся, окончательно оклемавшись, все время крутилась рядом с Беловой, подробно рассказывая о том, что с нами произошло. Чен по приказу начальницы шатался между дрогурисами-охранниками, приглядывая за неожиданными союзниками. Еще один неизвестный мне персонаж не выходил из кабины космолета. Возможность справиться у Натальи, что за зверь там сидит, пока не представилась. Скопились более насущные дела.
— Альтер-Альфа, — подошел ко мне во дворе лидер фиолетоволицых. — Пленники помещены за решетку, соратники Индисисиса охраняют замок. Альтер-Альфе и Индисисису нужно поговорить. Предлагаю пройти в кабинет конунга.
— Идем, — с готовностью кивнул я.
Заметив, что мы снова направились к центральным воротам, с нами быстро поравнялась Белова. Главный фиолетоволицый кинул на нее косой взгляд двух из трех своих глаз и произнес:
— Человеку-легенде следует остаться. Индисисис должен говорить только с Альтер-Альфой.
Белова нахмурилась, но шаг не сбавила.
— Я не могу оставить своего друга наедине с незнакомцем, — заявила она. Я мысленно хмыкнул.
— Индисисис тверд в своем решении, — настаивал фиолетоволицый. Белова попыталась прожечь его взглядом. Ничего не получилось.
— Почему Наталья не может поучаствовать в беседе? — поинтересовался я у дрогуриса.
— Индисисис не станет отвечать на этот вопрос.
— Ладно, — хмыкнул я, повернувшись к девушке. — Натусь, прости, начнем без тебя. Потом позову.
— Идисисис сказал, что… — попытался возразить фиолетоволицый, но, заглянув в его лицо, я улыбнулся и повторил:
— Потом позовем Наталью.
Выдержав мой взгляд, дрогурис молча кивнул. Белова не стала спорить.
Мой новый союзник провел нас по лестнице на второй этаж башни. Миновали высокие двустворчатые двери, дальше по коридору друг напротив друга располагались еще четыре двери поменьше. Мы зашли в дальнюю слева, оставив Натусю снаружи.
Тяжелый стол и массивные стулья, двадцатисантиметровый подиум, покрытый звериными шкурами, монументальный шкаф да пустая клетка, по типу обезьянника. Довольно аскетично.
— Здесь держали человека-связь и других личных рабов конунга, когда конунг работал, — кивнул на антрацитовые металлические прутья дрогурис. — Очень незавидная участь.