Меч справился с головой, но вот дальше не пошёл. Возможно, не справился кудрявый. Лезвие вдруг прекратило рубить. Руки кудрявого согнулись в локтях, затряслись колени. Мужчина скукожился. Туша кабана, с повисшими двумя половинками головы, с двумя половинками обвисшего языка, с которых капали на землю густые капли крови, без визга, без крика, с огромным мечом, застрявшим в позвоночнике, снесла нахуй мужчину с дороги, перекинув его через меня.

Они пролетели пару метров и замертво рухнули на землю. Снова пыль. Снова кряхтенья.

Я быстро вскочил на ноги. Посмотрел на бедолаг. Кудрявый лежал под кабаном, как будто накрылся одеялом из шкуры. Их тела охватила судорога. Они вместе дёргались так, словно очутились на дискотеке, сожрав без разбора все таблетки, которые им только могли предложить. Впечатляющее зрелище. Цирк на выезде. И как вообще это могло произойти? Здесь, посреди леса, рассечённого пополам песчаной дорогой.

— Вовремя мы появились?

Ага. Теперь всё ясно. Теперь всё встало на свои места.

Ну наконец-то! Родные голоса!

Я перевёл взгляд на свою кобылку, неуклюже пытавшуюся вставь на ноги. На седле, держась крохотными лапками с крохотными коготками, сидел мои крыски. Мои пушистые друзья.

— Вовремя, — сказал я.

Я выдохнул. Ладонью стёр с лица остатки липкой крови, начавшей быстро сворачиваться. Видок у меня — пиздец, полный.

Когда лошадь встаёт на все четыре ноги, крыски орут мне:

— Быстрее, запрыгивай! Нужно убегать.

— Сейчас, мне нужно кое-что выяснить. И забрать.

Свой меч я нахожу позади себя, в паре шагах. Поднимаю, прячу в ножны. Подхожу к дёргающимся в танце безумия телам на земле. С кабаном всё понятно. Из разрубленной пополам головы хлестали две струйки крови. Первая, что била в воздух на метр и с каждой секундой затихала — заливала кудрявому лицо, брызгала в рот, перекрасила его роскошную шевелюру в коричневый цвет. Слипшиеся волосы уже не кажутся такими красивыми, такими харизматичными и кудрявыми. Сейчас он напоминает бедного барашка, чью глотку вспороли в подворотне и пустили реки крови по улицам микрорайона.

А вторая струйка — стреляла через дорогу, оставляя на траве красные росинки, в которых застревали муравьи и слетевшаяся мошкара. Через минуту всё прекратилось. Сердце кабана остановилось. Задние ноги хряка задрали штаны кудрявого почти до колен. Кожаные штаны сморщились гармошкой. По складкам, как по водосточным желобам потекли тонкие струйки. Под ногами кудрявого начало разрастаться серое пятно влаги. Запахло мочой. Кабан обоссался, выпустив дух на свободу.