Возможно, я зря расходовала на все это силы. Мне никогда не стать второй Валери, просто потому что я навсегда останусь здесь чужой. Можно сколько угодно убеждать себя в том, что этот мир — всего лишь отражение моего собственного. Именно это меня и запутало — моя семья здесь самая настоящая, даже семья моей бывшей подруги абсолютно та же. Однако моя предшественница чувствовала себя здесь, как рыба в воде, с рождения живя в окружении всех этих знакомых для нее правил и порядков. Возможно, все ее действия и поступки были оправданы, а я своим вмешательством все испортила. Может, Валери просто суждено прожить недолго? А я просто сильнее сократила срок отведенных ей лет. Хотела, как лучше, а получилось, как всегда…
Внезапно Макс повернулся и посмотрел на меня. Его взгляд был полон нескрываемого отвращения и разочарования.
— Я был о тебе лучшего мнения, сестра. И знаешь что? Ты сама заслужила себе эту кару! Своими безобразными поступками и аморальным поведением, — после этого он отвернулся, не желая больше смотреть на меня.
Я недоуменно моргнула. Сестра? Он никогда ко мне так холодно не обращался! Всегда называл по имени. И только тогда сквозь болезненное осознание и горечь до меня дошло, что именно сказал ему Коля.
Стремясь к раскаянию и искуплению, тот выложил всю правду до последнего слова. О прошлом бедной девочки Ноэль. О внезапной прихоти Валери взять ее к себе в услужение, чтобы издеваться, насмехаться и унижать ее. И ведь, как бы обидно не звучали его слова, но он прав. Будь я сейчас в ином положении, тоже сказала бы, что Валери заслужила все это. Она! Но не я!
— Нет, Макс!.. Ты все не так понял…
Не знаю, что собиралась ему сказать, как оправдывать поступок, которого не совершала. Но только я открыла рот, намереваясь все объяснить ему, как в дверь постучали, а следом в комнату вошла сама виновница спора — Ноэль. Все взгляды устремились на нее.
Смущенная от такого внимания девушка уткнулась глазами в пол и тоненьким голоском сообщила:
— Господин председатель вернулся из леса. С вашим отцом.
Глава 22
Не успела я переварить произошедшее, как на меня навалилась еще одна ужасная новость — моего отца пытались убить.
— Я подоспел как раз вовремя, чтобы спасти его, — рассказывал Адар, стоя посреди холла в заляпанных грязью штанах и разорванной на груди рубашке. Его волосы растрепались, а глаза метали молнии. Ни капли сочувствия, лишь жажда возмездия. Все по существу.
За окном окончательно стемнело. Хлынул ливень. Редкие вспышки молний рассекали небо, и гремел гром, заставляя вздрагивать всякий раз.