Лапища небрежно оттолкнула голову горе-пророка, того аж мотануло в сторону, но огромные сильные руки Хилла бережно поддержали экс-президента.

– Похожесть, почтенный Моот обвиняет мою во лжи, – нехорошим голосом заговорил великан.

– Я обвиняю твоего в том, что ты дурак, Хилл, – милостиво снизошел к ответу толстый вождь. – И не посмевай обижаться. Ведь это разглядно всем.

– Я – лжец, я – дурак, – Хил начал медленно прохаживаться по кругу. – Множко боли в твоих словах. О, мудрый и правдивый Моот. Дозволь мне сыграть, Моот?

– Это твое становище, – пожал плечами Моот. – Жалкое, нищее, но твое. Валяй!

– Ха… Я еще и жалок. Мой шатер благословил Божий человек, и я жалок…

– Не начинай…

Но Хилл уже махнул рукой сыну Самаале, тот кинул ему странный барабан – и вождь принялся настукивать всё усиливающийся ритм. (вообще-то это был не барабан, а 20-литровая канистра под бензин, но дикарю разве объяснишь).

– Хилл – лжец, Хилл – дурак, Хилл – жалковый вождь жалкового рода, – напевал по свой ритм великан. – Стыд ням-ням моего, ням-ням! Сынышки мои! Сорвите рогожи шатра, расхолоньте его в клочки!

Самаале с Сабом, счастливые до невозможности, кинулись к ближайшему шатру. Каждый потянул за рогожину со своей стороны, те подались…

– АААА! – заорали вожди; кто-то даже в ужасе вскочил и схватился за сабли.

На месте фальшивого шатра красовалась «Шерпа» – армейский джип, брошенный экс-президентом у «львиного» озера. Прознав о нем, Хилл нашел тачку… обомлел поначалу, понятное дело, но потом на шестиверблюдовой тяге до тащил ее в стойбище.

И теперь дикарские вожди умирали на месте от восторга и ужаса, глядя на чудо французского автопрома.

«То ли еще будет, мои дорогие аборигены!».

Хилл кивнул, и Фароле понял: пора начинать «божественное» слайд-шоу. Солнце еще не село, но небо весь день было затянуто тучами, так что вполне себе темно. «Божий человек» полез в карман за айфоном.

– На этой самоезжей тележке, коей не нужны ни верблюды, ни ослы, ни лошади НЕНАСТОЯЩИЙ Божий человек прибыл к ЖАЛКОМУ вождю Хиллу. И мне первому он открыл вот что, – великан театральным жестом протянул руку к беглецу.

Фароле поманил гостей поближе и щелкнул на первую фотку…

– Что это? Что это? Что это за чудесные местеца… Божий человек? Это Джаннат? – робкими шепотками загалдели матерые вожди, внезапно превратившиеся в детей.

– Это лучше Джанната-Рая. Потому что это место существует на самом деле. Место роскошных домов. Место ярких одежд. Место чистой воды. Место невиданных чудес.

Фароле выключил айфон и заботливо положил его в нагрудный карман.