** Пират (19 апреля 2012 года, Иссе Мохамед Юсуф по прозвищу Юлух)**
К захваченному кораблю сомалийцы вернулись уже в темноте. Лайнер почти не освещался и выглядел черной, огромной и мрачной тушей.
Пираты забрали с собой надменного старика и дерзкого юнца. Остальных добили и пустили на дно. В корыте с парусом тоже пробили несколько дыр и оставили тонуть. Ехали в тишине. Только на лайнере, рассевшись в баре с ближниками, Юлух потребовал говорить.
– 1069 год! Я не могу поверить… – от надежного помощника Башати нынче было мало толку.
– Но аббан! – вскинулся Хассан. – Ты же сам по рации разговаривал Калуулой! Калуула есть. Значит, это не мы там! Это, наверное, дикие арабы к нам попали…
Закончил он не так уверенно, как начал. Свёл глаза в кучу и сел.
– Что, тошнит, Хасик? – гыгыкнул Абди, и Хассан в тот же миг опрометью кинулся на палубу.
– Фаран? – Юлуху с некоторых пор стало интересно мнение грешного полицейского.
– Странности начались раньше. Когда мы брали эту красавицу «Филоксению». Так что, вряд ли, это проблема древних арабов. А Калуула – это мы ее по рации слышали. А увидим ли вживую – еще вопрос.
– Надо быстро плыть домой! – никогда еще король пиратов не видел Башати таким испуганным.
– Тащите сюда этого Ду-би-ча! И жирного захватите!
Капитан, как услышал приказ пиратов, тут же обратился в капризную принцессу.
– Корабль никуда не пойдет. Он мертв. Представьте себя без зрения, слуха… даже без осязания!
– Эй, капитан, с тобой же по-доброму разговаривают. Включи зажигание и двигай на юг – что тут сложного?
– Всё сложно! Вы дальше своих моторок ничего не понимаете, а это сложнейший аппарат. Его трудно привести в действие и трудно остановить. Я не знаю… никто не знает точного местоположения, точных навигационных данных, точных лоций…
– Ну, лоции-то есть, Марек. Бумажные, – укоризненно оборвал капитана Джулиано… и многозначительно покосился на короля пиратов. Оцени, мол!
– А как глубины измерить без эхолота? Плыть примерно куда-то, не понимая даже, сколько метров воды под килем – это самоубийство!
Дубич истерично доказывал свою правоту, а потому совершенно не замечал, как итальянский пухляш нервно жевал губу, испепеляя начальника угольками своих глаз. Лицо старпома (если бы хоть кто-нибудь на него смотрел в этот момент) двигалось и менялось по совершенно непонятным законам. Наконец, резко хохотнув, Джулиано сунул руку в карман форменных штанцов, потом быстро вытащил оттуда крохотный пистолет, навел его на Дубича и выстрелил.
Горе-капитан упал, как подкошенный, орошая пространство вокруг себя кровью и ошметками мозгов.