Сидя на заднем сиденье старенького, но вместительного, семиместного универсала «Хёндэ», незнакомой модели, позабыв про заданный вопрос, предаюсь размышлениям на тему вывертов подсознания. Например, отсутствие клавишных инструментов в этом мире, как перст, указывающий на психические расстройства. Музыка, пожалуй, самое разностороннее из искусств, когда-либо придуманных человеком. И если, убрать один из основоположных инструментов, образуется дыра в системе человеческих ценностей. Моих ценностей. Чем не потеря целостности личности? Настоящая шизофрения. Это один из вариантов. Второй — баловство. Хороший повод устроить этому миру встряску, изобретя фортепиано. Главное, не забыть запатентовать все разновидности клавишных, включая орган. Звон лир в кошельке — он и дурачку приятен.

— ЛиРа-ян, я задала тебе вопрос. Почему ты молчишь, когда к тебе старшие обращаются? Это невежливо!

[Простите, нунним, я задумалась] — спохватившись, набрасываю женщине ответ. Вижу в зеркале, как мрачнеет её лицо.

— Ты можешь называть меня хальмони. Я больше не незнакомая тебе.

[Хорошо, хальмони. Мне нравится классическая музыка, но я бы хотела послушать что-нибудь из современной эстрады]

— А чем тебе юхэнга не нравится? ( юхэнга — или, трот — жанр Корейской поп-музыки. Прим. автора ).

[Я — девочка. Мне больше подходит молодёжная музыка. А юхэнга — это для взрослых] — поразмыслив, отвечаю женщине, сообразив, что она имеет ввиду под юхэнгой звучащую из приёмника музыку.

— Всё бы вам задами трясти под эту вашу какофонию! — ворчливо произносит ЁнСо в полголоса. К моему счастью, с расспросами она больше не лезет.

Семья Ли живёт в небольшом уезде, который называется Косон. Красивое место. Успеваю оценить, в общих чертах, пока мы неспешно двигаемся по его улицам. Множество гостиниц, замеченных по пути, намекает на хороший туристический поток. Проезжаем городок насквозь, ещё какое-то время движемся по трассе, и наконец, сворачиваем направо, к виднеющимся тут и там уютным домам. Наш дом держится особняком от остальных, выделяясь на их фоне не только своими размерами, но и размерами прилегающей территории.

Откатные ворота автоматически открываются при приближении нашей машины, и ЁнСо заруливает на участок. Паркуется на большой стоянке, выложенной тротуарной плиткой, рядом с пикапом, на эмблеме которого, красуется игольное ушко с продетой в него ниткой.

«Зажиточно крестьяне живут» — успеваю подумать, выбираясь из салона автомобиля наружу.

Первое, на что обращаю внимание, очутившись на улице, — это запах. Такой знакомый аромат, ассоциирующийся с чистотой, невинностью и весенней прохладой. Запах раннего, сельского утра. Так пахнет лаванда, благоухание которой, я узнаю наверняка. Света просто обожала этот запах, и старалась наполнить им нашу квартиру. Все её духи и средства гигиены имели в своём составе лаванду. — «Вот тебе и выверты подсознания!»