Времени у меня не было, и я сказал, что доверяю его профессиональному чутью. Главное – чтобы собака бежала за актером.
Но дрессировщик стоял на своем:
– Давайте работать как положено. А если вам нужна халтура, обратитесь к другому дрессировщику.
Пришлось поехать. Я попытался утвердить первого же кандидата, но дрессировщик сказал, что торопиться не надо, лучше посмотреть остальных. Пусть сейчас потратим несколько часов, зато потом все будет качественно. В конце концов утвердили мы на роль небольшую рыжую собачку.
– Как сцены снимать будем? – спросил дрессировщик. – По порядку?
– По порядку.
Дрессировщик попросил снять ему комнату в той деревне, где жила собака. Комнату нашли, и он приступил к работе.
Тут пришла телеграмма от Бондарчука, потом приехал Леонов, – в общем, все планы поменялись, и начали мы снимать со сцены в духане. Привезли на машине дрессировщика с собакой. Тянут деревенскую собачку из машины, а она со страху не идет – ползет. Когда дотащили ее до декорации духана и посадили за стол, она описалась, положила голову на стол и с тоской смотрела на окружающих. Дрессировщик возмущается:
– Вы снимаете не по графику. Сейчас собака подготовлена только к сцене на мосту. Духан мы еще не отрабатывали.
– Ну так отработайте! – закричал Дато Кобахидзе. – Здесь написано: во главе стола, положив голову на тарелку, спал Шарик. Прикажите ему, чтобы спал!
– На это нужно время. А халтурой я не занимаюсь.
– Снимай так, – говорю Вадиму.
Сняли крупно голову собаки на столе.
– Теперь она должна по команде «смирно!», покачиваясь, подняться и замереть! – Дато показал дрессировщику сценарий. – Вы это читали?
– Читал.
– Ну тогда что вы стоите? Делайте что-нибудь!
– Еще раз повторяю: собака к этой сцене не готова.
– Ну пусть хотя бы голову поднимет, – сказал я.
– Это невозможно! Я в халтуре участия принимать не буду! Не дождетесь! – разозлился дрессировщик и отошел.
– Аферист! – крикнул Дато. И сказал Юсову: – Вадим Иванович, по моей команде включайте камеру.
Он залез на осветительные леса, попросил осветителей, чтобы они держали его за ноги, свесился, крикнул: «Камера!» – и начал громко мяукать.
Собака посмотрела на Дато и жалобно завыла.
– Снято, – сказал Юсов. – Съемка окончена.
Чтобы успеть снять сцены с солдатом в те три дня, на которые смог приехать Леонов, мы работали на износ. В один день сняли проход по улице, подход к дому Бенжамена и духан. И вечером выехали в Гори, чтобы на следующий день с утра снять сцену на мосту. А пока снимали эту сцену, декорации духана должны были срочно переделать в столовую Бенжамена.