И я как то все понял. И про студенческое братство, и про булгаковского Воланда, у которого «… вот только квартирный вопрос их совсем испортил».

Собственно, именно тогда, я договорился с земляком из Тихвина, о возможности поработать в Якутии, и о его протекции в жилищный кооператив. Ну и, больше никогда не разговаривал с барышней, давшей мне такой жесткий отлуп. Как выяснилось, это совсем не трудно, не разговаривать с человеком, если этого не хочешь.

И вот, между двумя рюмками водки, тебе, как что-то незначительное, говорят, поезжай, получи московскую прописку, я договорился.

Надо ли говорить, что ни на какой тридцать третий комбинат я даже звонить не стал. Впрочем, работа в автобусном парке, меня многому научила. В частности тому, что с утра ты все равно ни с кем из начальства автопредприятия не поговоришь.

Бусиново — район, выросший на месте городской свалки, недалеко от МКАДа и города Долгопрудный. Если не ошибаюсь- результат Горбачевских идей выделить каждой семье к двухтысячному году квартиру.

Обычный московский район. Универсам, детсад, школа, комбинат бытовых услуг. Пара десятков семнадцатиэтажек. Добираться пол- часа от Речного Вокзала на автобусе.

Отпущенный восвояси руководством, я немедленно позвонил Марине Игоревне, коменданту общежития в Бусиново. Приятный женских голос, узнав, что я звоню от Андронова по неотложному вопросу, предложил подъехать.

Трясясь в автобусе, я размышлял что все стадии принятия этой реальности, я, похоже, с успехом преодолел. Пережив канонические отрицание, гнев, торг, депрессию и принятие, я исполнился азарта и предвкушения.

Хотя поначалу, мне хотелось выть волком. Только серьезные усилия над собой, не позволили мне на все плюнуть, и уехать в деревню к тетке.

Ну и что, что я по утрам могу членом сваи забивать, если жизнь вокруг такая нелепая? От позабытой неустроенности, неопрятности, и обычного сейчас бытового хамства, до банального непонимания возраста встречных женщин. Мало того, дамы сейчас как то не сильно грузятся эпиляцией ног, и по летнему времени это доставляет.

А еще эта странная мода, когда человек, одевший одну единственную фирменную вещь, чувствует себя иконой стиля. И не важно, что он надел. Кроссовки, бейсболку или джинсы с ботинками скороход…

Как я увидел, общежитие НИИ занимает подъезд жилого дома на улице Маршала Федоренко. Прямо напротив автобусной остановки. Но комендант того общежития, пригласила меня к себе домой, в соседнее здание.

Марина Игоревна оказалась изящной и ухоженной женщиной чуть за тридцать. Занимает двухкомнантную квартиру, обставленную по этим временам не без изыска. Я заметил в гостиной приличный письменный стол у окна, дорогую стенку, видеодвойку Sony. Беседовали мы, разместившись в креслах у журнального столика. От кофе я отказался.