— Шеф, был запрос пару месяцев назад. Мы им дали все документы. На всякий случай, готов адвокат. Но, я считаю, это просто в Агентстве возня, ищут как друг с другом бодаться. Вы им не нужны.

Посмотрев на начальника отдела Зуеву, я с ним мысленно согласился. Что угодно, но не наезд.

— Уточните, что я должен рассказать, Татьяна Ивановна.

— Все! — категорически заявила она — с самого начала!

— Ну что ж. Двадцать шестого июня, тысяча девятьсот пятьдесят третьего года, правительством СССР было принято постановление о создании Министерства Среднего Машиностроения…

— Я вас сюда не шутки шутить позвала –ледяным тоном сказала госпожа Зуева. Как то сразу стало понятно, что не зря она начальник. — будьте любезны, не отклонятся от темы беседы.

— Хорошо — вздохнул я, пожалев, что тут нельзя курить. Рассказывать уже сто раз рассказанное было скучно — в две тысячи первом году, тогда еще Минатомом РФ, была принята программа модернизации атомных станций, для продления срока их эксплуатации.

— Я же попросила вас говорить строго по существу! — эка! Она может говорить еще более свирепо.

— После вашего уточнения, Татьяна Ивановна — тоже весьма холодно ответил я — каждое сказанное мной слово, имеет непосредственное отношение к сути заданного вами вопроса. Я, с вашего разрешения, продолжу.

Дальше я, стараясь не углубляться, рассказал:

Была принята программа. В правительстве согласовали очередность и сроки простоя блоков под модернизацией. Были проведены обследования, с привлечением МАГАТЭ. Сверстан общий бюджет. Проведены проектные работы, с детализацией по объектам. И, в конце концов, утверждена дата вывода первого блока ЛАЭС из эксплуатации.

— По существующим нормативам, Татьяна Ивановна, вывод из эксплуатации осуществляется, лишь тогда, когда полностью закуплено оборудование для замены.

Я помолчал. Надоела мне эта история. А ведь она у меня не одна. И что, меня теперь за любой успех так таскать будут?

— В общем, надеюсь вы поняли, госпожа Зуева. В тот момент когда, уже выделены бюджеты, что должны быть освоены в текущем году, когда утверждены все графики, и проведены почти все конкурсы, выясняется, что в заказной спецификации стоит прибор ГД201. Который уже снят с производства.

— Как так получилось?

— Проектанты не стали утруждаться. Скопировали в проект ту же систему что и стояла. Но посмотреть номенклатуры забыли. А в госреестре уже давно прописан ГД 201Е.

— Одна буква? Что, трудно что ли переписать документы?

— Если бы все было просто, мы бы с вами не разговаривали. «Е» — это уже другой прибор. Под который нужно заново делать обследования… там даже кабельные трассы пришлось бы менять. В общем, вставить букву «Е» — значит отложить пуск реактора минимум на год, с соответствующими финансовыми потерями и оргвыводами.