— Нет людей, — тихо сказал он. — Ведьма многих прибрала, а те, кто остался… там или старики, или юнцы, которые скорее растеряются в бою, чем помогут. Их учат. Пытаются. Хоть чему-то, но быстро, сама знаешь, и хорошо — разные вещи.
Он глянул на Звонку искоса.
— Племянница моя, может, и сирая, но не слабая. А ты и вовсе сама с готовностью любому глотку перервешь и кровью не захлебнешься. Слыхал я, за что тебя и в Храме побаиваются.
Звонка дернула плечом. И в обличье Каи движение смотрелось нелепым. Вон, и призрачная личина поплыла.
— Храм — такое место, что лучше, когда тебя побаиваются, чем ты, — её лик на мгновенье рябью пошёл. — Ведьма-то повыбила, но… не всех же?
— Не всех. Многих. Ещё до этой истории мы лишились крепкой ватаги.
— Это той, которую повел следопыт, твоим сыночком обиженный?
— Сплетни собираешь?
— Так… князьям можно, а я чем хуже?
— Ничем, — согласился Волков. — Нет, не эти. Эти ещё раньше сгинули. Нынешняя ушла дней двадцать тому. Обычный поход. Недалеко. К Белоречке.
Звонка кивнула, явно поняв, о чём речь.
— Там силки ставили, сети. Надо было вытащить и… ай, не суть. Главное, что дорога известная. Хоженая-перехоженная. А они вот ушли да сгинули. И люди, и големы. Никто не вернулся. Вчера ещё одну ватагу потеряли, которая следом отправилась. Старые, опытные бойцы, которые должны были просто той же дорогой пройти. И которые знали, что там неспокойно. Никто не вернулся. Так что… не осталось у меня людей, во всяком случае таких, которые бы не делом занимались, а с важным видом за мною ходили.
Клетка скрежетала и поднималась.
Медленно.
И этот скрежет вымучивал душу.
— Те, кто есть… новиков учат, как могут. Да и не только. Вон, это в её Бастионе храмовники обжились, а мой дом пустой, открытый.
— Вернулся?
— Да.
— И как оно?
— Странно. Вроде… и помню, и всё не так, как помню, будто тут, в голове, — Волков коснулся лба. — Двоится… а целитель говорит, что такое случается, когда по голове бьют.
Он замолчал.
Вздохнул и продолжил, кивнув на Каю:
— А её домой не повёз, потому что матушка не выпустила бы. Нашла бы отговорку, уговорку, придумала бы срочное дело или ещё что… сперва переодеться, потом поесть, потом поспать. И мало ли что, ещё. Пока племянница жива, то и бастион жив… и эта её дурь…
— Женить собралась.
— Да.
— Экий ты… завидный жених, Драгомир Драгомирович. И князь тебя женить хочет, и матушка…
— Только на то, чего я хочу, плевать… так что, ответил я на твои вопросы?
— Ответил, — Звонка поклонилась и подхватила тонкие нити подвесов пальцами. — Как в этом ходят-то? Чуть шевельнешься, оно мельтешится и позвякивает! Бесит!