Кая задумалась.
— И та тварь, что в моём доме, что из девушки… в ней тоже было похожее. Но ведьма отличалась. Может, она зло творила, но… она чистая была.
— Чистое зло, — хмыкнул Переплут.
— Погоди, — Перун поднял руку. — То есть тварь, которая ныне, она отличалась от прочих?
— Да, — Кая сказала это с полной уверенностью. — И нет. Она похожа на другую, которая получилась из мертвой девушки. Но не похожа на ведьму. От неё воняло туманом…
Она скрестила ноги и потянула на себя края одеяла, горбясь под его тяжестью.
— И на Морочницу тоже не похожа. Морочницу я встретила на стене. Её послали убить меня… кто — она не сказала. Но она не убила. Ушла. А потом вернулась во сне. Она сказала, что покажет мне мир за стеной. И привела в город. Мёртвый… я не уверена, что это тот город, про который говорил дядя… но он определённо мёртв. И мы шли к центру его, а потом появился туман. И Морочница от него убегала.
Переплут с Перуном переглянулись.
— А что-нибудь она говорила? — уточнил Переплут.
— Про туман? Нет, сказала, чтоб я уходила.
— А до того?
— Сказала, чтоб я пришла туда, за Стену. Обещала научить меня… и что старшая сестра запретила меня трогать. Звала…
— Звала, — сказал Перун.
— Дороги… ещё не устоялись, — Переплут произнёс это медленно. — И я вижу, но смутно. Ненадежно. Сил нет даже толком вперёд заглянуть.
— А назад? — спросила Кая.
— Зачем ему смотреть назад? — Перун не понял.
— Потому что любая дорога где-то начинается, брате… умная девочка, — Переплут задумчиво потёр подбородок. — Эти пути устоялись, их я точно не изменю… а взглянуть… взглянуть, пожалуй… только их много, можно долго перебирать, без… без привязки.
Его взгляд стал рассеян. И говорил, запинаясь, как бывает, когда мысли идут впереди слов.
— Твою нить я вижу ясно. Ты моей крови. Но не только моей, та, другая, мешается… мешает видеть. И если коснусь, она может решить, что я слишком многого хочу… нет, ты должна сама обернуться. Сама пройти по этой дороге.
— Вспомнить?
— Или вспомнить… я трогать не рискну. Про других… нити людей тонки и запутаны. А ещё их много. Очень много. Разве что взять тех, кто связан с тобой. Эти нити я не разорву, а вот поглядеть, пожалуй… пожалуй… только сперва… и кровь они подносили. Кровь тоже поможет.
Он поднялся.
— Брате Перуне, ты… пригляди, добре?
— Куда собрался⁈
— Да появилась одна мысль. Я быстро, если повезет.
— Стой!
— Нет, тут… если и вправду зараза, то… то значит, всё хуже, чем мы думали. И… — Переплут крутанулся. Он что-то понял, такое, важное, чем не спешил делиться, однако явно не способен был стоять на месте. — Спроси у сестриц, не случалось ли им слышать, чтобы мёртвое семя прорастало… и не приводили ли к ним девок, которые телом здоровы, а утроба мертва⁈