— А и вправду, — подал голос молчаливый боярин, имени которого Кая не помнила. — Интересно получается…
— Именно! — поддержал его Змеев.
— Моя племянница…
— Не виновата, понимаю. Вряд ли сие она делает намеренно. Но факты упрямы. А факты говорят, что Скопина буквально манит к себе тварей. Что, стоит ей появиться где бы то ни было, и они возникают тут же… и то, что случилось с Гордеем, тому подтверждение.
Тихо стало.
Очень тихо.
Князь хмурился. И Медведев принялся покачиваться, едва заметно, но и в малом его движении чудилась угроза. Поводил шеей отец Гордея, стараясь не глядеть ни на князя, ни на Святовита.
А тот вновь вздохнул и заговорил, ещё тише, едва ли не шёпотом.
— Мой сын… признался недавно, что не сладил с даром родовым. Молод. Да и не так давно прорыв случился на высшую ступень. И сам понимаешь, княже, с большею силой и сладить сложнее. А тут девица. Молодая. Красивая… вот и…
— Дома его держи, если сладить не способен, — сухо произнёс князь.
— Да, я сразу отослал прочь, — Святовит покаянно опустил голову. — Понимаю, что виновен… но когда дар выплеснулся, он ощутил не ответное тепло, как оно бывает, а холод лютый. И весьма смутился. И потому пришёл ко мне. Я хотел побеседовать с Драгомиром Драгомировичем, но… тут всё и случилось.
— Складно говоришь, Святовите. Выходит, что девица вроде и не тварь, но…
— Влечёт их. Как сладкий аромат роз влечёт пчёл… и разве есть вина на цветке? И разве…
— Давай покороче.
— Девица явно обладает неким странным свойством. И не только, прошу заметить, вредным, но и… она имеет над тварями власть. Ведь, оказываясь рядом с нею, они уходят, не причиняя вреда людям. Сила в ней есть. Ледяная. Именно потому твари и не вредят. А может, она вовсе может ими управлять, сама того не ведая.
Святовит обвел собравшихся взглядом.
— И чего ты хочешь? — спросил князь.
— Чего хочу я, не так важно, княже… главное, что будет разумно в данной ситуации.
— И что же?
— Во-первых, я не считаю Скопину виновной в том, что произошло с твоим сыном, Гордей, — Святовит повернулся и поклонился. — Девица и вправду не касалась его или его одежды, не передавала вещей, не подносила угощения. Она вовсе не подходила к нему близко, А проклятья, тебе ведь и самому известно, взглядом не нашлёшь. Кто-то другой измыслил дурное… и как он умудрился воплотить сие в жизнь — надобно искать и выяснять. Во-вторых… пусть Скопина и не виновна, но дар её неосознанный опасен. Да, твари никого не тронули, но это пока… как знать, чем оно в следующий раз обернется.
— Запереть предлагаешь? — поинтересовался князь.