Все поместье Алека Свана просто кричало о его состоятельности. Огромные ухоженные лужайки, какие-то странные статуи, фонтаны. Но сам дом выглядел особенно внушительно. Он был как будто высечен из одного цельного камня, такой монолитный и неприступный. Судья Алек Сван, великолепно одетый, стоял прямо у входа, подняв свой щит высоко над головой.

— Мои собратья Ашеры! — крикнул он в толпу, и его голос разнесся по всему склону. Байрон Рамзи, который шел рядом с нами и тоже держал щит над головой, отделился и вышел вперед, направляясь к Алеку. — Добро пожаловать в Бронзовую Гавань и в мое поместье!

Отовсюду раздались радостные возгласы. Все собравшиеся Ашеры, подчиняясь какому-то негласному сигналу, трижды энергично покачали щитами, то опуская их почти на голову, то поднимая высоко к небу. Я повторил за ними, стараясь не отставать.

— Благодарим тебя за гостеприимство, Алек, — прогремел повелитель Байрон. — А теперь приступим к подготовке.

Снова раздался громкий звук фанфар. Видимо, источник звука был совсем рядом, потому что в ушах зазвенело. Несколько невероятно красивых женщин в прозрачных, струящихся платьях спустились по широким каменным ступенькам. Меня это зрелище, честно говоря, шокировало и смутило до такой степени, что я чуть не выронил свой щит прямо на ноги. Вот это поворот!

Но от этой потенциально катастрофической ошибки меня спасло то, что одна из этих женщин, плавно подойдя ко мне, легко, будто это была детская игрушка, забрала мой щит. Серьезно? Он же весит не меньше пятнадцати килограмм! Кто они, блин, такие? Какая-то местная супер-женская сборная по тяжелой атлетике?

— Когда-нибудь ты к этому привыкнешь, — Роджер легонько толкнул меня локтем в бок и добродушно улыбнулся. У него тоже уже забрали щит. Он выглядел абсолютно спокойным и довольным.

Возможно, к такой «подготовке» новичкам нужна еще одна предварительная подготовка. Потому что я понятия не имел, какого черта происходит и как себя вести в этой ситуации. Ощущения были примерно такие же, как во время той дикой Голубой ночи в первый раз. Полная растерянность и легкое ощущение сюрреализма.

А еще мне нужно было поговорить с Байроном. Может, он прояснил бы для меня хоть какие-то подробности. В конце концов, я оказался здесь именно по его просьбе. И до сих пор не знал всех причин и деталей этой заварухи. Да, нам с этим большим парнем определенно нужно немного поболтать по душам. Но на тот момент я был доволен и тем, что у меня появился хоть какой-то союзник и друг в лице Эндрю Роджера, который, похоже, готов был подсказывать, как себя вести и что будет дальше.