К утру понедельника, казалось, весь город знал, что именно тут будут делать кино. Собралось не меньше двух сотен человек, многие пришли семьями, разложили корзинки с продуктами и ели бутерброды, отцы семейств накачивались пивом, а те, кто семьёй ещё не обзавёлся — водкой. Среди толпы с важным видом ходили корреспонденты местных газет и журнала «Терский пролетарий», два фотографа с камерами выбирали подходящий ракурс, рассказывая всем интересующимся про свет и экспозицию. Осветители Саша и Витя, с помощью грузчиков расставляющие возле вагона плетёную мебель, столики и подставки под софиты, сорвали порцию аплодисментов и свиста, толпа приняла их за актёров. Особенно досталось Саше, который был выше ростом и представительнее. Саша приосанился, и бросал на ассистентку Милу гордые взгляды, Витя тоже бросал взгляды, только злобные и на Сашу — Мила так до сих пор и не выбрала, кого из них осчастливить.

Розанов пытался толпу разогнать с помощью милиции, те тоже хотели посмотреть, как снимается кино, и не особо старались. Количество любопытных стало для Гриши сюрпризом, они жили в этом городе уже почти месяц, и ни разу не собирали такую большую аудиторию, разве что на трубопрокатном и в Цветнике.

— Откуда столько народу? — поинтересовался Травин.

Он с утра проведал Малиновскую и Зою, убедился, что с ними всё в порядке, и предложил довезти женщин до вокзала на пролётке, но артистка отказалась, заявив, что у неё есть автомобиль с водителем. За ночь к ней вернулось самообладание, она даже позавтракала с аппетитом и снова накричала на Зою. Сергей настаивать на своём предложении не стал. Взрослые люди, считал он, сами отвечают за свою судьбу, а дальше уже вмешивается естественный отбор. Молодой человек дошёл до вокзала пешком, никто за ним, на первый взгляд, пока что не следил и отомстить не пытался.

— Сам не знаю, — Гриша только что разругался с носильщиками и присел отдохнуть на перевёрнутый ящик, — раньше мы никому не говорили, где будем снимать, выбирали такие места, чтобы народу было поменьше, а тут как с цепи сорвались

— А сейчас сказали?

— Только начальнику станции по секрету, — ответил Розанов, и ударил по ладони кулаком, — значит, он проболтался.

— Только своим и только по секрету, — согласился Сергей. — Я тут слышал, счетовод ваш пропал, Матвей Лукич, как без него заплатят?

— Парасюк? — помрежа больше волновала толпа людей, — с чего ты взял, что он пропал?

— Сам мне говорил недавно, в ресторане. Не помнишь?

— Нет, — Гриша пожал плечами, — он вроде уезжал куда-то по делам, но уже вернулся обратно. Он нам всем должен, не ты один такой. С Парасюка раньше времени что-то получить, это надо, чтобы чудо произошло. Свирский дал с утра пятьдесят рублей, их уже нет, а вещи кто будет переставлять?