Бесцеремонно растолкав здоровяков, появился ещё один человек. Седой и хрупкий, но вот аура у него была такая, что сама бы снесла всё на пути. Сила жизни.

— Так, где пострадавший? — строго спросил он и, сам увидев девушку, направился к ней.

Присел, прикладывая руку к её лбу, и искоса взглянул на меня.

— Роман Васильевич Ланской, — представился он. — Местный костоправ, как любят поговаривать за моей спиной. А вы, полагаю, новый заведующий кафедрой артефакторики? Вознесенский?

Целитель изучал состояние стихийницы очень умело и быстро, разговор ему при этом никак не мешал. По его движениям и проявлению магии я понял — она в надёжных руках.

— Верно. Александр Лукич, — тоже назвался я.

— Ваша светлость! — подбежал к нам Ряпушкин, но остановился в шаге, соблюдая дистанцию. — Все сигнальные амулеты сошли с ума. Что случилось?

— Ваша светлость? — уточнил Ланской. — А-а-а, вы тот самый… Приношу извинения.

— Не стоит, — отмахнулся я. — Как она?

— Как ни удивительно, но в порядке, — нахмурился он и посмотрел на меня с подозрением. — Вы использовали какие-то артефакты?

— Да, — я потёр родовой перстень.

— Тогда ясно. Что же, вы спасли и её жизнь, и её дар. Не отказался бы иметь подобные вещицы в арсенале…

Намёк я пропустил мимо ушей. Но вздохнул с облегчением. В ближайшее время лучше осторожно использовать магию. Такое перенапряжение источников чревато проблемами. Да и практически всё, что у меня было, я потратил. Осталась лишь зачарованная монета, но её хватит на один раз, и то если противник попадётся ненастойчивый.

Был ещё заряженный под завязку гранат, конечно же.

— Так что случилось? — не унимался ректор.

Целитель сделал жест и из-за спин охраны появились двое крепких парней, подхвативших девушку. Её унесли, а Ланской подошёл ко мне:

— Позвольте? — он указал на обожжённое бедро.

Я кивнул, и маг аккуратно исследовал рану, тут же взявшись за её лечение. Боль отпустила, и я благодарно поклонился ему. Поднял камень и спрятал в целый карман, с сожалением глядя на испорченные брюки.

— Занятия не будет? — в том, что осталось от двери, появилась кудрявая голова.

— Будет, — разочаровал я его. — Через десять минут.

— Александр Лукич, — ректор закипал, и его можно было понять, все его игнорировали.

— Мне нужны новые штаны, — спокойно сказал я.

Десяти минут, конечно же, не хватило, чтобы разобраться в произошедшем и избавиться от последствий. Я и не заметил, что в помещении выбило все стёкла. Уж не знаю, от моего удара пламенным молотом или по другой причине.

Зато у кафедры стихийников появилась практика. Студентов привлекли к восстановлению окон, хотя бы временному.