— Доброе? — переведя дыхание, спросил он. — Выглядишь паршиво, Эспер.

— Это не моя кровь. По большей части, по крайней мере.

Пётр ничего не ответил. Подошёл к раковине, активировал родниковый кристалл и умылся. Наполнив стакан, протянул мне.

— Я бы предложил, что покрепче, но у меня здесь только вода.

— Я не пью алкоголь. Спасибо, — я жадно опустошил стакан.

Оказывается, меня мучила жажда. Да и голод вдруг проснулся, не говоря уже об усталости и желании поспать.

— Ночью я слышал звуки боя. Полагаю, вы одержали победу? — мрачновато спросил Пётр, накидывая на голый торс рубашку.

— Да. Ваш спецназ разбит.

Бехтеев молча застегнул пуговицы, а потом сел на кровать и спросил:

— Чего ты хочешь?

— Переговоров.

— Не ты ли говорил, что род Терновских пойдёт до конца? — Пётр не упустил возможности меня уколоть.

— Говорил. Это и есть конец. Если война продолжится, обоим нашим родам будет только хуже.

— Прости за откровенность, но у нашего рода запас прочности гораздо больше.

— Это так, — кивнул я. — Но вы потеряли уже двести человек простых гвардейцев и элитный отряд. Не говоря уже о магах, технике и алхимическом заводе.

— Вы захватили «Беорит»⁈ — вскинув брови, воскликнул Пётр.

— Да. А ещё мои наёмники вторглись на земли вашего рязанского имения. И так просто не уйдут. Кроме того, в большой России ко мне присоединились добровольцы из московского княжества.

Я внимательно посмотрел Петру в глаза, чтобы он понял, кто такие эти добровольцы. Догадаться, конечно, было несложно.

— Одним словом, я могу воевать дальше. Но не хочу. Думаю, мы нанесли друг другу достаточно урона для того, чтобы найти компромисс. Князь Молотов не сможет вас ни в чём обвинить.

Бехтеев мрачно вздохнул и потёр колено. Посмотрев на меня, сказал:

— Принимать решение будет мой отец.

— Само собой. Но ты ведь говорил, что можешь повлиять на него. Если считаешь, что нам не следует дальше воевать, просто попроси его со мной встретиться.

Помедлив, Пётр кивнул.

— Хорошо. Можешь передать моему отцу, что я по доброй воле прошу его провести переговоры.

— Спасибо, — сказал я и встал. — Надеюсь, скоро всё закончится.

Я ненадолго вышел на улицу, чтобы взглянуть, как солдаты расправляются с последствиями. С удовлетворением заметил, что на помощь им пришли полиция и санитарная служба города.

Ко мне подошёл Лучезар. Раненая рука висела на перевязи, но в целом капитан моей гвардии выглядел довольно бодро.

— Разрешите доложить, ваше благородие? — козырнул он.

— Слушаю.

— Из наших выжило двенадцать человек. Трое тяжело ранены, вряд ли вернутся в строй.