«Как же», — подумал я и призвал магию.

Один из бойцов сразу рухнул замертво, опалённый огненной плетью. Другой чудом сумел увернуться, а остальные сразу же включили защитные амулеты.

— По ногам! — взревел Никита.

У меня при себе даже не было амулета. Без шансов. Прогрохотало несколько очередей, и я оказался на полу.

Ноги терзала беспощадная боль. Такое чувство, будто меня пронзили раскалёнными спицами в нескольких местах. Горячая кровь пропитывала штаны и вытекала на пол.

Теперь я понимаю Бехтеева. Несладко ему пришлось.

— Сынок! — подскочила мама.

— Сиди, женщина, — властно приказал Никита и скривился, глядя на меня. — Эспер, сволочь. Из-за тебя моё слово оказалось нарушено. Пришлось пролить кровь. Впрочем, ты сам виноват.

— Ты меня обманул, — процедил я. От боли перед глазами всё покрылось туманом.

— Нет же. Ты невнимательно слушал? Впрочем, что объяснять, — махнул рукой Молотов. — Лучше избавлю тебя от мучений.

Не спуская с меня глаз, он поднял руку с кольцом. Я почувствовал, как вокруг князя заклубилась жива. Артефакт впитывал её, как губка впитывает воду. И затем — сила вырвалась наружу.

Как невидимый, но беспощадный хищник.

— Прощай, — сказал Никита и спустил хищника с поводка.

Я приготовился к смерти. Я не боялся её. Думал о том, что, быть может, мне повезёт опять переродиться в другом мире…

И жалел о том, что я не успел сделать в этом.

Перед глазами мелькнули лица матери и сестры, прекрасные глаза Снежаны и даже лукавая ухмылка Владислава.

Однако ничего не происходило. Я по-прежнему был жив.

А вот с Никитой было что-то не то. Он стал бледным, как лист бумаги. Глаза налились кровью, а из их уголков вдруг потёк сизый дымок.

— Подонок, — тихо сказал он. — И ты называл себя моим отцом?

Как только князь сказал эти слова, его глаза лопнули. Из пустых глазниц вырвался дым, и Никита Молотов рухнул замертво.

Все в комнате застыли. На несколько мгновений воцарилось молчание, а затем внутрь ворвались мои гвардейцы.

— Не стрелять! — приказал я.

— Что происходит, господин⁈

— Не стрелять! — снова воскликнул я и повернулся к бойцам Молотова. — Заберите князя и уходите. Мои люди не причинят вам вреда.

Мама, ощутив себя в безопасности, бросилась ко мне.

— Зелье, быстрее! — прокричала она. — Остановите ему кровь!

— Всё в порядке, — тихо сказал я, чувствуя, как сознание меня покидает. — Теперь всё будет хорошо, дорогая…

И затем я отключился.

Пришёл в себя на своей кровати. За окном был день, а рядом сидели мама и человек, которого я не сразу узнал.

— Эспер! — мама тут же оказалась рядом. — Как ты, сынок?