— Убийца, что это было? — спросил я демона Смерти.

— Это был призрак, Ник, — беззвучно прошелестел Убийца. — Но я не успел его разглядеть. Он появился и исчез слишком быстро.

Стараясь не разбудить Киру, я поднялся с кровати. Машинально взглянул на окно — конечно, оно было не только закрыто, но и заперто на задвижку.

Впрочем, для призрака это не помеха. Он легко проходит сквозь самые толстые стены.

Призрак в моей спальне?

Каких демонов он тут забыл?

Ладно, разберемся.

Я нашарил в темноте штаны. Натянул их на себя, босиком вышел из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь.

В доме было только два призрака. Домохранительница Алена Ивановна Достоевская и Степан Лабуаль.

Степан сутками пропадал в лаборатории, которую рабочие построили для него во дворе моей усадьбы. Там он разбирал свой древний архив и даже оцифровывал его. Для этого я купил Степану магбук.

Алена Ивановна чаще всего проводила время на кухне.

Я спустился по старой скрипучей лестнице в кухню. По этой лестнице я бегал еще ребенком. Рабочие предлагали ее заменить, но я отказался. Попросил только укрепить конструкцию.

Кухня была пуста. В темноте загадочно поблескивала начищенная посуда на открытых полках. Алена Ивановна не любила кухонные шкафы — ей нравилось, чтобы каждая мелочь была на виду.

По привычке я взялся за медную турку, чтобы сварить себе кофе. И Алена Ивановна тут же появилась — она пришла прямо сквозь стену.

— Доброе утро, Никита Васильевич! — шепотом поздоровалась Достоевская.

— А уже утро? — уточнил я.

Мои часы остались на столике у кровати.

— Начало пятого. Вы сегодня рано поднялись.

— Да, — согласился я. — Меня разбудил призрак. Он проник в спальню и коснулся моего лица. Извините за вопрос, Алена Ивановна, но это были не вы?

Достоевская покачала головой.

— Нет. Я была в своей комнате. Потом почувствовала, что вы спустились в кухню, и пришла. Вы позволите, Никита Васильевич?

Она забрала у меня турку и одним движением зажгла огонь в плите.

— Сварить вам кофе покрепче?

— Если вам нетрудно, — кивнул я.

Пока вода в турке закипала, я спросил:

— Алена Ивановна, а где Степан?

— Он в лаборатории, — спокойно ответила Достоевская. — В доме он не появлялся.

— Я все же схожу к нему, — решил я. — А вы не чувствовали, что в доме есть еще какой-то призрак?

Призраки отличаются невероятной чувствительностью друг к другу. Они живут одновременно в нашем мире и в своем — в ледяном мире Призраков.

Достоевская покачала головой.

— Нет, Никита Васильевич. Но теперь я буду настороже.

Она протянула мне чашку с кофе. Я сделал глоток и одобрительно кивнул — кофе был очень крепким и ароматным.