— Я точно не подсчитывал, — ответил Романов, — но думаю, что в 10–12 минут уложусь.
— Отлично, садитесь вон в то кресло, — он указал на место под торговой маркой программы Время, — подводка какая-нибудь вам потребуется или сразу начнете обращаться?
— В смысле чтобы диктор меня объявил? — немного замешкался генсек, — если Кириллова или Шатилову найдете, тогда да, пусть объявят… если не найдете, то без объявлений пойду.
— Боюсь, Игоря Леонидовича или Анну Николаевну мы в такие короткие сроки организовать не сможем… — замешкался Скорняков.
— Ну значит без подводки давайте, просто музыку и это… внизу можете пустить строку «срочный информационный выпуск»?
— Попробуем… — не стал ничего обещать заместитель, — но не гарантирую, что получится…
— У вас ведь тут все в записи идет, прямых эфиров не осталось? — спросил Романов.
— Так точно… — встал по стойке смирно Скорняков, — вдруг что нештатное случится, тогда можно будет поправить.
— Хорошо, не буду настаивать на прямом эфире, давайте, как обычно…
— Но идеальным был бы, конечно, прямой эфир, — добавил Романов, глядя на Мишу с Ксюшей, они уже о чем-то мило общались.
— Попробуем, Григорий Васильевич, — сказал из-за частокола телекамер заместитель Лапина, после чего начал отдавать распоряжения окружающим его специалистам.
К Романову через полминуты подъехали две здоровенные телекамеры, и один из операторов начал давать ему инструкции.
— Видите красный огонечек здесь? — показал он на одну из камер.
— Нет, не вижу, — честно признался генсек.
— И правильно, что не видите — значит, пока он не горит, камеры не работают и трансляция не идет. Как только загорится, мы в эфире… иногда мы переключаемся между собой, тогда огонек загорается в новом месте…
— Да понятно все, — поморщился Романов, — давайте уже начнем… как говорят наши сограждане в не столь отдаленных местах — раньше сядем, раньше выйдем.
Скорняков подошел к операторам, коротко обменялся с ними чем-то неслышным, после чего обратился к Романову.
— В принципе все готово… вопрос о прямом эфире урегулирован — сразу пойдет трансляция и по релейным каналам, и через спутники… весь Союз увидит. Вы готовы?
— Всегда готов, — на автомате вылетело из генсека.
— Тогда начинаем… — и Скорняков хлопнул обоих операторов по плечам, одного по левому, другого по правому, — пошла заставка.
Зажужжали вентиляторы, очевидно, те, что охлаждали внутренности телекамер, операторы надвинули их на выступающего, и откуда-то сверху зазвучала стандартная для программы Время заставка из музыки Свиридова к фильму «Время, вперед». Потом загорелся левый по отношению к дикторам огонек, и Романов начал свою речь без бумажки.