За спиной послышался вдох как сквозь стиснутые зубы. Я обернулся на Зимина. Тот стоял, с мрачным видом рассматривая императора.

— Поставь оцепление, — тихо проговорил я. — Близко к телу никого не подпускай. Свечей побольше. Свет свечи тени отбрасывает даже днём. Вы провели бальзамирование? — я повернулся к лекарю.

— Разумеется, ваше величество, — ответил он и поклонился.

Я же поёжился и попробовал запахнуть мундир, из-за охватившего тело озноба. Рука снова нащупала табакерку в кармане, а затем короткий пока список убийц. Покойся с миром, Павел Петрович. Я обещаю, что кто-то из этой кодлы, точно скоро составит тебе компанию. А некоторые фужером то шампанское закусят, которое сейчас пьют. Потому что я, ни черта не пацифист, и не восторженный романтик, переполненный либеральными идеями. И оставлять за спиной тварей, способных вот на такое скотство, точно не собираюсь.

Видимо, что-то отразилось на моём лице, потому что в тот момент, как я отошёл от гроба, Зимин вытянулся передо мной, а в его взгляде впервые промелькнуло что-то весьма похожее на преданность.

— Сделай так, чтобы он больше не оставался один, — на этот раз я не приказывал, а просил. — Я понимаю, что ему уже всё равно, но это важно для меня.

— Слушаюсь, ваше величество, — Зимин сказал это спокойно, глядя мне в глаза.

— Как закончишь, возвращайся в гостиную и отдохни. — Я кивнул второму офицеру и Скворцову и направился к выходу из малого зала.

Мы вышли в коридор. Я уже немного ориентировался, поэтому сразу направился в сторону своего штаба, как я упорно продолжал называть покои покойного императора.

Бум! Я резко развернулся, и с удивлением наблюдал, как шедший позади меня поручик пытается поставить на место вазу. Похоже, что он её случайно сбил, возможно, саблей, и теперь пытался удержать, но безрезультатно. В конце концов, к нему подскочил Скворцов и поставил несчастную вазу на место.

— Простите, ваше величество. — Молодой совсем, не старше меня парень покраснел. — Это случайно произошло.

— Я видел, — продолжая его задумчиво рассматривать, я внезапно осознал, что со мной вовсе не цвет армии остался. Ну что же, возможно, так даже лучше. — Как тебя зовут, поручик?

— Юрий Бобров, — тут же ответил он.

— Будь осторожнее, Бобров, — и я снова направился по коридору.

В гостиной меня уже ждал Энгель.

— Какие-то проблемы, Фёдор Иванович? — спросил я у него, садясь за стол.

— Ну что вы, ваше величество, — он положил передо мной два листа. — Какие могут быть проблемы? Вот тот приказ, который вы поручили мне составить.

— Вы уже управились? Отлично, — я притянул к себе первый лист и принялся читать. Во-первых, мне нужно было узнать, как здесь протекает делопроизводство, а, во-вторых, я никогда не подписывал бумаги, прежде чем прочитать их.