У меня чуть ли не лампочка в голове вспыхнула. Деньги. Вот основная причина. Здесь замешаны деньги. Нужно намекнуть Макарову, что мне нужен денежный след. Ведь если этот след отыщется, то вы, драгоценные, пойдёте не как великомученики и борцы с жутким режимом, а как обычные продажные шкуры. И вот здесь будет совсем другой разговор. Да вы сами у меня будете проситься идти и Индию у англичан отбивать. Потому что быть в глазах народа благородным бунтовщиком — это одно пальто, а вот продаться за звонкую монету — совсем другое. Интересно, в Одессе уже говорят, что это две большие разницы?

С этими мыслями я буквально вбежал в большой холл. Мне нужно найти здесь того, кто мне ужин организует, и того, кто напишет этот проклятый приказ о временном назначении Макарова. Скворцова отправлю, решил я. Он должен знать кто, за что отвечает. В крайнем случае, если перепутает, уже ориентироваться станет проще.

— Анна Петровна, Анна Петровна, голубушка, ну куда же вы, — по лестнице стремительно спускалась молодая женщина, за которой бежала уже пожилая служанка. — Весь двор наводнён солдатами. Подождите, хотя бы пока они разойдутся.

— Я не могу, как ты не понимаешь, — и она почти влетела мне в руки. До этого момента взгляд женщины был сосредоточен на ступенях, по которым она бежала, и меня она не сразу заметила. А когда заметила, то затормозить уже не получалось. Я придержал её за плечи, чтобы она не упала. — Ох, ваше высо… Простите, ваше величество, — она вырвалась, отступила назад и поклонилась.

— И почему вы так стремительно убегаете, Анна Петровна? — спросил я, разглядывая её, проклиная самого себя. Вот что мне стоило хоть немного лучше изучать историю? Сейчас бы не блуждал, как ёжик в тумане. — Мне надо начинать опасаться за сохранность фамильного столового серебра?

— Что? — краска отхлынула от её лица, и она отшатнулась. Какой же ты идиот, Саша, не пытайся даже шутить. Сегодня тебя всё равно никто не поймёт. — Вы можете, как и её величество, считать меня воровкой, но позвольте уже удалиться и сохранить остатки гордости.

— И куда же вы хотите удалиться? Полагаю, что не просто из Михайловского замка? — проговорил я.

— Разумеется, ваше величество. Я сразу же уеду. Или к отцу в Москву, но, вероятнее всего, к супругу в Италию. — Ответила она, стараясь держать голову высоко. — И вам не обо мне нужно беспокоиться. Я никогда не порочила вашего отца, как эта… Шевалье.

Ага, похоже, эта Анна Петровна — любовница покойного императора. Я пристально разглядывал её. А она не слишком молода была для него. Мы же, судя по всему, если не ровесники, то где-то очень близко к этому.