— Если мы разобьём Аксум, то я помогу вам взять богатую добычу.

— Заключим договор?

— Заключим, — ответил Эргамен, — но разве Птолемей вообще не дал вам воинов?

— Нет, но он и не препятствовал нам в найме. Не стоит думать, что мы беспомощны перед аксумцами и их вождём, и этих сил нам не хватит. Всему своё время.

— Ну, раз так, то я сам поведу своё войско.

— Как угодно, я могу только приветствовать это решение.

— Когда нам готовиться выступать?

— Через неделю, когда начнут подтягиваться первые из тех, кто спешит к нам на помощь.

— Мои силы будут готовы.

— Благодарю тебя, пресветлый Эргамен! Вместе мы победим и сможем насладиться своей победой.

Но Эргамен не собирался просто взять и обрадоваться, слишком горька участь проигравшего и после ожога на молоке дуют и на воду, и он решил задать пару вопросов.

— Будущее покажет, боги помогают вождю дикарей, но и без них он может многое. Ты знаешь об этом Навунастр?

— Я знаю, что он удачлив, но и мы молились Баалу о победе и приносили многочисленные жертвы, и он снизошёл до нас, даровав рецепт воспитания диких воинов. У нас тоже есть воины, готовые биться, как дикие звери, но больше всего у нас станет всадников. Со всей Сахары сейчас едут они сюда.

— Но ведь с тобой пришли только пешие воины и немного всадников, да и по морю могут приплыть только пешие?

— Так и есть. Всадников пока немного, но скоро придут две тысячи из окрестных племён.

— Я нанимал уже окрестные племена, их всех разбил дикарь, из тысячи домой вернулась едва ли сотня.

— Ты мало нанял, но мы ждём тех, кто придёт сюда из Сахары. Племена бедуинов прослышали о большой награде и большой добыче, и стремятся прийти сюда, они не упустят возможности пограбить и захватить с собой как можно больше молодых и красивых рабынь.

— И сколько их придёт?

— Об этом я не ведаю, но не меньше пары тысяч.

— Если придёт две тысячи, то мы сомнём Аксум и развеем силы дикаря по ветру.

Навунастр ничего не ответил, а просто кивнул и, откланявшись, поспешил к своим людям. Он сделал всё, что хотел, теперь оставалось только ждать и собирать людей в единое войско. Они неспроста собирались выдвинуться уже через три дня. К моменту, когда появятся всадники пустыни, они должны оказаться готовыми к битве.

Бедуины запросили большую цену за своих воинов, а их ещё и прокормить нужно, так лучше, чтобы они вступили в бой на следующий день после прибытия и изрядно потеряли в людях. Чем меньше воинов, тем меньше выплат, а в том, что битва окажется жестокой, Навунастр нисколько не сомневался.

Не сомневался, и в то же время не сказал всей правды Эргамену, ведь бедуинов ожидалось не две тысячи, а намного больше. По его предположениям, как минимум, четыре тысячи всадников, а с такими силами они сомнут Егэра и навечно похоронят здесь. Усмехнувшись своим мыслям, он неспешно направился к себе.