— Веди себя тихо, — шепнул я.

И по гулкому коридору прошёл к единственной двери, из-за которой доносился многоголосый шум и несло смесью табака и махорки.

Не постучав, я открыл дверь и вошёл в комнату.

— Мальчик, что тебе? — воскликнула женщина с папиросой в зубах. Она находилась ближе всех ко мне, и первая меня заметила.

Комната была набита людьми. Человек пятнадцать сидели за столами, на подоконнике, на стульях. Один даже примостился на тумбочке. Все они разговаривали, курили, пили чай, смеялись, переругивались. В комнате было шумно, накурено и темновато. Бедлам, в общем.

Под потолком светила одинокая лампочка, густо засиженная мухами. Видно, что её никто никогда не протирал — ни от мух, ни от пыли. И тем не менее в этом бедламе меня сразу заметили.

— Так что тебе надо, мальчик? — повторила женщина.

При этом все голоса приутихли, и все посмотрели на меня.

— Это деткомиссия при ВЦИК? — спросил я категорическим голосом.

— Да, — кивнула женщина и выпустила струю дыма вверх, к лампочке.

— Вот и чудесно. Меня прислали к вам.

— Зачем? — на меня уставились равнодушные глаза.

— Ну как же? Лотерею-то вы проводить будете? Вещевая золотая лотерея, которая состоится сегодня вечером. Вы же будете…

— Мы будем, — перебила меня женщина и посмотрела уже с большим интересом.

— Ну вот, меня и прислали.

— А зачем?

— Ну как зачем? Вы же для беспризорников деньги собираете? Я артист из агитбригады, изображаю беспризорника.

— А ногу ты для антуража сломал? — гыгыкнул какой-то мужик у дальней стены.

— Можно сказать, что и для антуража, — не растерялся я. — Вам-то какая разница, товарищ? Я в образе, вы разве не видите? Это — самое главное. Жалость вызываю… Что ещё надо⁈

— Вызываешь? Вот и хорошо.

— А кот тоже с тобой? — хохотнула какая-то толстая тётка, которая жадно ела бублики.

— И кот со мной. Вот мы с котом будем изображать беспризорных, чтобы граждане поактивнее покупали билеты.

Все засмеялись и зааплодировали. Какой-то тощий мужичок важно сказал:

— Эк они хорошо придумали!

Все согласились и проголосовали, чтобы я был в группе ответственных товарищей при лотерее. Мне дали листочек, чтобы я расписался.

Я расписался. Потом сразу же чуть сверху над моей закарлючкой расписались женщина с папиросой и тощий мужик. Завизировали.

Разговоры возобновились. В общем, я был доволен, но тем не менее спросил:

— А что мне за это будет?

— В смысле?

— Ну, я вот полдня на вас потрачу. Вместо этого я должен был сейчас с агитбригадой вести лекцию. Бороться с суевериями и мракобесием. А я вот.

— А что ты хочешь? У нас денег нет и ничего у нас нет, мальчик.