— Тогда с кем имею честь? — поинтересовался я.

Мужчина заткнул большие пальцы за пояс. Его правая рука была очень близко к висящей на левом бедре шпаге. А на правом бедре у него висела дага — короткий клинок для фехтования, которым отражали удары соперника. Оба оружия были зачарованными.

По тому, как двигался мой собеседник, я сразу понял — он может выхватить свои клинки очень быстро.

— Станислав Николаевич, — наконец, представился он. — Сын того самого Соболева, что подписал договор между нашими родами. Знаете, мой отец обожал оставлять сюрпризы!

— Как и мой, — сухо ответил я. — Надо полагать, Николай Арсеньевич скончался?

— Рак лёгких, представляете? Очень прозаично для главы магического рода.

— Мои соболезнования.

— О, не стоит, — Станислав коротко взмахнул пальцами. — Время скорбеть давно прошло. К тому же мы с отцом ненавидели друг друга. Когда он издал последний вздох — я вздохнул с облегчением.

— Но вы всё же стали его преемником, — заметил я.

Соболев приподнял правую руку и взглянул на родовой перстень, будто удивляясь, что он у него есть. Криво усмехнувшись, он снова поднял взгляд на меня.

— Я понимаю, на что вы намекаете, барон. Речь о договоре, из-за которого мы и здесь.

— Да. Нам надо всё обсудить и прийти к соглашению.

— Разве мы обязаны? — спросил Станислав, внезапно меняя тон на ледяной.

Наступила небольшая пауза. Я смотрел собеседнику в глаза, пытаясь определить, что у него на уме. За спиной всхрапнул конь, и Соболев посмотрел через моё плечо.

— Вижу, вы приехали в компании. Побоялись, что вас ждёт засада?

— А вы так беспечны, что приехали один? — парировал я, не поддавшись на провокацию.

Станислав Николаевич коротко рассмеялся.

— Я и один могу справиться с любой угрозой. Не люблю хвастаться, но недавно я достиг шестого ранга силы в Воздухе. А как у вас дела с магией?

— Гораздо лучше, чем считают мои враги, — ответил я.

— Замечательно. Магические силы вам наверняка скоро пригодятся.

— Как и вам. Ведь по условиям договора ваш род обязан вступить в войну, если я об этом попрошу.

— Мёртвые никак не обязывают живых, — голос Соболева вновь похолодел.

— Наши отцы мертвы, — спокойно согласился я. — Но это не отменяет договорённостей между родами.

Станислав фыркнул, откинув упавшую на лоб чёлку.

— Я не согласен с вами, Владимир Александрович.

— Значит, вы отказываетесь выполнять обязательства? Советую прочитать договор. При отказе ваш род ждут последствия.

— О, я читал договор, — вновь ухмыльнувшись, сказал граф. — По нему мой род обязан содержать армию и быть готовым сражаться за вас… Но с вашей стороны тоже имеются обязательства.