— Стоп!

Прослушки не ожидалось, поэтому команды передавались по рации. В наступающих сумерках из РАФиков посыпались фигуры, быстро организовавшиеся в штурмовые группы. Два стрелка с АК-74, один с ПК, и гранатометчик со вторым номером. Всего по пять человек. Они рассыпались по территории по только им одним известным правилам и начали сжимать кольцо вокруг давно заброшенного военного объекта. Опыт бойцов выдавала их походка. Не трещали ветки под ногами, каждый прикрывал другого и не лез в его сектор стрельбы. Обменивались друг с другом лишь жестами. Настоящая ягдгруппа! Хотя борьба с диверсантами некогда и являлась для этого подразделения основной в составе Группы советских войск в Германии. Поэтому армейцы и использовали привычный им немецкий камуфляж Strichtarn.

— Ну что, капитан?

Рядом с командиром штурмовиков присел разведчик, что ждал их еще со вчерашнего дня. Он осторожно поставил кубик рации на землю и выдохнул:

— С ночи заезжали. Машины стоят сразу за складами. Там они очистили парковочные места. В эфир не выходят, пользуются телефонной линией. Всего там уже бойцов пятьдесят. Вся верхушка.

— Охрана?

— На КПП два пулемета и человек восемь бойцов. Меняются часто. И мне кажется, что они выпившие. Что с них возьмешь, гражданские.

— Периметр?

— Мин нет. Только ограждения с колючкой. Мы светиться днем не стали, сами прорежете.

— Хорошо. Покажи на карте, где лучше пройти.

— Тут ручей близко к ограждению подходит, берега крутые. Вас оттуда не будет видно. Здесь заросли кустарника. И как раз с тыла.

— Собаки?

— Нет. И вокруг периметра очень редко ходят.

— Понял. Давай команду группе прорыва.

Еще вчера десятью группами по 10–15 человек при помощи приданных отряду армейских вертолетов МИ-8 «черные береты», усиленные армейским спецназом десантировались на порученные им объекты в Риге. И уже через пару часов установили над ними полный контроль. В их числе были здания городского УВД, МВД, центра Латвийского телевидения на Закюсале, междугородной телефонно-телеграфной станции на улице Дзирнаву и Латвийского радио на Домской площади. В тот же день бойцы ОМОНа передали взятые объекты армейским десантникам и вместе с контрразведкой взялись за поиск оружия сепаратистов. Взвод ОМОНа приехал на базу Национальных сил обороны Латвии, так называемых «белых беретов» и разоружил 400 спецназовцев новой власти. В штабах они изъяли националистическую литературу и мощные передвижные радиостанции на базе автомашин ГАЗ-66.

К вечеру 22 февраля члены правительства Латвии исчезли из Риги. Многие из них были уверены, что их расстреляют на месте. Поэтому министр иностранных дел Янис Юрканс, в соответствии с ранее разработанным планом, должен был вылететь за рубеж, чтобы защищать там интересы Латвии. Но его задержали прямо в аэропорту. Остальных забирали ночью. Митингов, протестов и баррикад в столице Латвии не было. К утру 23 весь центр был оцеплен милицией и десантниками. Только в этот раз они выглядели угрюмыми и злыми. И каждому был выдан тройной боекомплект. Видимо, серьезность намерений, а также лица военных не способствовали риску выхода на улицы. Да и без управления толпа сама по себе ничего не может. А как управлять, если вся связь перехвачена, активисты задерживаются. По телевизору лишь сообщается, что идет восстановление конституционного строя СССР. Рига замерла в ожидании. Кто в негодовании, кто от радости.