— Владимир Иванович, что по вашим подразделениям? Час Х близок, нам нужно согласовать планы.
— К вам на днях позвонит человек от меня. Он в курсе. Пусть с вашим «стальным кулаком» пообщается.
Под таким именованием у заговорщиков значились необозначенные нигде подразделения, в которые стекались со всей страны опытные люди. Они должны будут проводить тайные силовые акции «под прикрытием». Некоторые в национальных республиках, вообще, будут действовать «на холоде» автономно. Приказ на их создание отдал лично Варенников, он и открыл несколько баз «подготовки резерва». Просто в мобилизационные планы были внесены некоторые изменения. Так что и любой проверке сложно подкопаться. Но кто ее, опять же, пришлет? Подготовка шла уже несколько месяцев. Люди, в ней участвующие, не всегда были в курсе, просто тащили исправно службу. В армии постоянно что-то случается. Тем более в эпоху перемен.
— Но все-таки, что есть на сегодняшний день?
Симонов помял бритые щеки:
— С упором на Прибалтику ориентирована 2-я отдельная бригада из Пскова, а также 4-я отдельная бригада, что стоит в Вильянди Эстонской ССР. 12-я отдельная бригада ориентирована на Грузию. Насколько я понял, мы ждем там беспорядки.
— Обязательно начнутся. Но нам важнее русское население республики и вывоз оттуда оружия с техникой. Наверняка местные князьки будут против. Это следует учитывать.
— Хорошо. Ну и в Подмосковье работает 16-я бригада из Чучково.
— Отлично. Мои ребята уже установили с вами канал связи. Будем работать вместе. И спасибо за информацию по Закавказью и Средней Азии, она нам очень пригодилась.
— Я рад.
— Тогда, товарищи генералы, выпьем за победу русского оружия над внешним и внутренним врагом!
Ленинград. Отделение движения «Демократическая Россия»
— Девочки, что тут произошло?
Человек с неряшливой бородой удивленно озирал разгромленное помещение отделения. Стеллажи и шкафы оказались разломаны, книги и брошюры лежали прямо на грязном полу. Эстампы и картины, подаренные известными художниками, варварски растоптаны. Бородач с визгом кинулся к одной из них, упал на колени и чуть не разрыдался.
— Юлий Андреевич, что с вами?
Известный в Ленинграде диссидент и по совместительству непризнанный художник повернулся к пожилой женщине и горестно воздел руки. В его глазах блеснули слезы.
— Они убили ее!
— Кого? — ахнула дама.
— Мою картину! Эти твари! — его настроение в момент переменилось, мужчина вскочил на ноги и схватил женщину за плечи. — Кто это был⁈ Нужно срочно звонить в милицию!
С другой стороны помещения отозвались. Голос был глухой и прокуренный.