— Юль, звонили уже!

— И что?

Рыбаков повернулся к даме неопределенного возраста, как ни в чем не бывало сидящей посреди разгрома на одиноком, чудо сохранившемся стуле. Она небрежно стряхнула на пол пепел, затем задумчиво ответила:

— Спросили: не убили, мол, никого? Обещали прислать участкового. Как у того появится время.

— Но это же… — один из активистов движения «Демократическая Россия» аж задохнулся от возмущения.

Сатрапы! Они могут лишь мирные демонстрации разгонять! Ничего, придет время и у них появится настоящая демократическая полиция. Уж она будет работать!

На самом деле из всех художеств Рыбакова известна лишь хулиганская выходка, что тот совершил в 1976 году. Тогда на стене Государева бастиона Петропавловской крепости появилась огромная более 40 метров в длину надпись «Вы распинаете свободу, но душа человека не знает оков!». То есть в любой стране и при любом режиме данное деяние посчитали бы вызывающим хулиганством, а вовсе не стремлением к свободе. Хотя посадили непризнанного гения за распространение сочинений Солженицына. Графомана, возомнившего себя великим пророком и обличителем в отечестве. Но опять народ ему достался не тот и не оценил. Пришлось свалить в Америку и оттуда стращать бывшую родину ядерной дубинкой.

Но что интересно, после возвращения в Ленинград никто ему не мешал творить и дальше. Рыбаков стал организатором Товарищества экспериментального изобразительного искусства. Казалось бы, твори и совершенствуйся. Но ему хотелось широкой известности и поквитаться за детство, проведенное в тюрьме. Деструктивное начало, совмещённое с зачатками таланта, бывает страшным. Творец перестает видеть берега и встает на прямой путь предательства собственной же культуры. Но кто в это лихое время подобное замечал? Громче пукнуть и рвануть на себе рубаху эффектней!

— Это налет, Юля.

— Ты еще можешь смеяться, Ада! К нам Собчак обещал приехать с Гаврилой, будет телевидение. И как это прикажешь делать здесь?

— Значит, не приедут, — флегматично заметила Аделаида, известная в узком кругу поэтесса, по совместительству переводчик с французского в одной из многочисленных редакций культурной столицы. Этот город давал возможность прокормиться очень многим. Но не все такого заслуживали.

Рыбаков зло глянул на женщину, но вовремя вспомнил, кто ее имеет, обидчиво выругался и повернулся к пожилой даме, которая пыталась хоть как-то прибраться после разгрома.

— Надежда Юрьевна, что все-таки тут случилось?

— Пришли ветераны, сказали, что нам здесь не место. Нам лично не угрожали. Но все порушили и посоветовали больше не открываться.