— Да отстань ты от него! — Андрей забрал баночку и выпил. — И так больной, ещё печень отвалится!

Рома сунул ему сырок и забрал освободившуюся посудину.

— Завтра хоккейный турнир стартует, — сообщил он нам. — На приз «Известий». Надо бы собраться. Посидим, пивка попьём, за наших поболеем.

— Это дело! — оживился Чижов. — В мастерской засядем? Енот, не турнут опять оттуда?

— Ко мне пойдём! — заявил Евген. — Пацаны, я только не понял, а за кого болеть-то? Почему у нас две команды? Типа первая сборная и олимпийская сборная. Как так?

— Да хрен его знает, — пожал мощными плечами Рома. — В одной Михайлов тренером, в другой Тихонов, вот и все отличия.

— Не, — мотнул головой Костя. — Тихонов молодых пацанов набрал! Из «Трактора» тоже кто-то будет. Гусманов вроде.

Пацаны заспорили о перспективах команд, а мне Фролов указал на вход в магазин.

— Иди!

— Что — иди? — возмутился я. — Ваучеры давай! Вы сколько выкупили?

— Сходи с тремя пока. — Андрей протянул мне приватизационные чеки и пояснил: — Так-то мы весь аванс уже потратили, только давай пока пробный шар запустим.

Я забрал ваучеры и двинулся к «Ручейку». Без всякой охоты двинулся, надо сказать, но и неуверенности при этом отнюдь не испытывал. Опять же — чем раньше отстреляюсь, тем быстрее домой вернусь. Морозит.

Анна моему появлению откровенно удивилась. С нашей последней встречи эта высокая фигуристая деваха заметно похудела, и в обтягивающем свитере, коротенькой мини-юбке и лосинах смотрелась ещё привлекательней прежнего. Немудрено, что Гуревич на такую обёртку клюнул. Опять же — седина в бороду, бес в ребро.

— Андрей по делам уехал, — заявил я, шмыгнув носом, — меня попросил ваучеры сдать.

— Вот оно как… Понятно. — Анна перестала таращиться и деловито уточнила: — Сколько принёс?

— Три.

Я кинул на журнальный столик приватизационные чеки и оглядел мебельный отдел. Освобождённый Воробьём угол пустовал, но как раз это обстоятельство нисколько не удивило. Изначально никаких сомнений не было, что выперли его отсюда отнюдь не из-за нехватки свободного места.

Аня выложила передо мной жиденькую стопочку банкнот, и я даже пересчитывать деньги не стал, просто разворошил купюры, раздвинув их в разные стороны. Две по пять тысяч, две по сто рублей. Всё.

— А остальное? — уточнил я.

— Какое остальное? — округлила глаза Анна. — Серёжа, цена на ваучеры упала, теперь по три четыреста принимаем.

Тратить время на пустые препирательства я не собирался, вот и сгрёб со стола ваучеры, сложил их надвое и сунул во внутренний карман куртки.

— Не пойдёт.

— Что значит: не пойдёт⁈ — взвизгнула Анна. — Вы для нас ваучеры скупаете!