— А что не так с «Машиной времени»?
Борис Ефимович пыхнул дымом и ухмыльнулся.
— Предполагается, что я от них без ума. Как подопью, так всегда ставлю.
— А на деле?
— На деле Олег у нас ценитель джаза, его от «Машины» натурально выворачивать начинает. Вот и пользуюсь время от времени. — Он вздохнул. — Ну да ладно, чего ещё позвал: по итогам рассмотрения заявок трудового коллектива мне семь процентов акций досталось. У директора, как ты слышал, семнадцать. У его зама — пять. Оставшиеся двадцать два у трудового коллектива.
— Скупать будете?
— Таков план, — подтвердил сосед. — Директор уже суетится, он цену пониже даёт, зато премии повышенные выписывает. Мне с ним сложно конкурировать. И ещё какой-то скупщик объявился. У проходной стоит с объявлением, к сотрудникам цепляется, людей с панталыку сбивает. Надо бы узнать, кто ещё на НИИ глаз положил.
— Так, может, он от директора?
— Точно нет, — мотнул головой Борис Ефимович. — Серёжа, сможешь с ним разобраться?
— В смысле?
— А чего непонятного? Шугануть скупщика надо, чтобы воду не мутил. Ну и выяснить, кто послал. Возьми приятеля покрепче и проведи разъяснительную беседу.
Я поморщился.
— Легко сказать — проведи. Он там точно один?
— Один.
— За акции на месте рассчитывается?
— Насколько слышал — да.
— Тогда он там не один. Кто-то прикрывает. — Я вздохнул. — Придётся минимум трёх-четырёх человек привлекать и что-то людям в обмен обещать. Может, ну его?
— Серёжа, в наших с тобой интересах о возможных конкурентах узнать заблаговременно. Сделай это, очень тебя прошу.
Я шумно выдохнул.
— Возьму четырёх человек, чтобы наверняка. С вас двадцать тысяч, по пятёрке на брата.
— И двух за глаза хватит!
— Не в ситуации, когда голову проломить могут!
Борис Ефимович наморщил лоб.
— Дам двенадцать тысяч, — решил он. — Понадобится больше — из своих добей. Ты лицо заинтересованное.
Я кивнул, и мы вернулись в зал. А там ещё только по рюмке и выпили, прежде чем гости домой засобирались. Тоже пошёл спать.
09|12|1992
день-вечер
Утром снова встал пораньше и вновь перехватил Зинку на выходе из квартиры.
— Ну и что это вчера было, Серёжа? — потребовала она объяснений, стоило только мне утопить кнопку вызова лифта.
— Борис Ефимович это был, — честно сознался я. — У твоего папеньки своеобразное чувство юмора, будто сама не знаешь.
Зинка фыркнула, помолчала немного, затем спросила:
— Долго ещё меня провожать будешь?
Я приоткрыл дверь подъезда, первым вышел на крыльцо и огляделся. Не заметил ничего подозрительного и сказал:
— Пару дней ещё похожу, наверное. Просто на всякий случай. Мы самые острые углы уже сгладили, но мало ли? — И усмехнулся. — А что — не нравится?