— Не буду, — пообещал я, отпер сейф и вытащил из него коробку с общаком.

Денег там оставалось всего ничего, но десять тысяч мелкими купюрами набрать всё же удалось. Сунул их во внутренний карман куртки, попрощался и потопал восвояси.

Время было не самое позднее, вот и решил первым делом навестить Юру Поликарпова. На звонок в дверь тот открыл сам, глянул озадаченно, и я спросил:

— Есть пара минут?

— Момент! — кивнул Поляк и вернулся в квартиру, а вскоре вышел в майке, трико и тапочках, с уже раскуренной сигаретой. — Здоров! — протянул он руку. — Слышал, вы Немца опустили на днях?

— Было дело, — подтвердил я, отвечая на рукопожатие. — Но этот сучонок блатных припряг, опять стрелу забили.

— В курсе, — усмехнулся Юра. — Он сегодня к Тупину подваливал, требовал, чтобы тот пришёл и перевод долга на него подтвердил. Миша его на хер послал.

— Не знаешь, что за авторитета Немец подтянул?

Поляк пожал плечами.

— Сиделец какой-то. А насколько он в авторитете — никто не в курсе. Миша пробивал через знакомых, тот последние десять лет на зоне чалился, все связи у него там, на воле только обживается.

— Тупин, так понимаю, поэтому и в отказ пошёл?

— Ну да, — подтвердил Поляк. — Там при сидельце какие-то молодые и борзые крутятся, с такими себе дороже дела вести.

Я хмыкнул, обдумывая услышанное, и Юра поторопил:

— Так ты чего хотел?

— А, да! — встрепенулся я. — Слушай, ты же знаешь пацанов, которые под Немца пошли?

— По именам всех знаю, да, — подтвердил паренёк. — А что?

— Они в секцию ходили, там все данные на них есть, правильно? Фамилии, адреса, даты рождения?

Поляк чуть дымом не поперхнулся.

— Вы их по одиночке выцепить решили, что ли? Не, Енот, я тебя уважаю, но в такой блудняк не полезу!

Я только руками развёл.

— Юра, ну ты чего? К чему нам лишние головняки? Родине служить отправим. Все от такого расклада только в выигрыше останутся. Мы, вы, даже они сами. Хоть на разборках не грохнут.

Поляк хмыкнул.

— Не по понятиям вроде как.

— Клал ты на понятия, нет? — усмехнулся я. — По штуке за имя — нормально?

Юра крепко задумался и вопреки ожиданиям торговаться не стал, только уточнил:

— Тебе они когда нужны?

— Сейчас.

— Блин, Енот, я ужинать собрался! Может, завтра?

— Ужинай. До закрытия секции так и так успеем.

Поляков только рукой махнул.

— Да ну тебя! — Он кинул окурок в заполненную бычками баночку в углу лестничной клетки и подошёл к двери. — Сейчас выйду!

Из квартиры пахнуло жареным минтаем, и у меня мигом подвело желудок, я сглотнул наполнившую рот слюну. Ладно хоть ещё Юра надолго дома не задержался, вышел уже минут через пять. Ну а на улице ветер снега в лицо сыпанул, выдул мысли о еде из головы. О другом беспокоиться начал. Голод — ерунда, но вот если Поляк не сможет в записях секции покопаться, тогда даже не знаю, что и делать.