Посыпались вопросы, но я особо в детали вдаваться не стал, лишь повторил своё предупреждение.

— И что теперь? — спросил Фролов.

Я пожал плечами.

— Поговорю с уродом, который на меня ментов навёл, а там видно будет.

— Сходить с тобой?

— Не, лучше с глазу на глаз пообщаюсь. Всё, побегу.

Я попрощался со всеми и двинулся к остановке, но меня тут же окликнул Андрей.

— Серый, погодь! — Он подошёл и уточнил: — А Влад не прикроет?

— Так Влад меня из ментовки и выдернул. Но дальше — всё, дальше — сам.

— Может, всё же сходить с тобой?

— Ты, давай, делами занимайся. Сам справлюсь.

К остановке как раз подъехал троллейбус восьмого маршрута, я ускорился и заскочил в заднюю дверь. На прощанье отсалютовал приятелю и покатил прочь, через три остановки вышел, двинулся к новостройкам, теснившим двухэтажные бараки. Нужный адрес отыскал без всякого труда, но на звонок в дверь никто не отозвался: ни самого Стёпы, ни его родственников дома не оказалось.

Я уселся на ступеньки, посидел так минут пятнадцать, обдумывая ситуацию, в которую угораздило вляпаться, и не сумел обнаружить во всём этом кромешном мраке ни единого лучика света. В камеру не заперли, разве что, но за этим дело не станет.

От ясного осознания этого аж подташнивать начало.

Впрочем, скорее мутило меня из-за пропущенного обеда, и я не выдержал, спустился во двор, дошёл до киоска на остановке и сунул в окошко три мятые сотни, попросил дать «Марс» и баночку «Кока-Колы». Всей сдачи вышло три мятых десятки с дедушкой Лениным — и, если разобраться, на потраченную сумму я мог несколько дней обедать в студенческой столовой, но сейчас нестерпимо хотелось сладкого. Сразу распаковал шоколадный батончик, откусил и двинулся в обратный путь.

По пути попалась телефонная будка с чудом уцелевшим в наши лихие времена аппаратом, набрал домашний номер, а затем и номер хозблока, но трубку не сняли ни там, ни там; поговорить с дядькой не вышло. А вот Зинке я звонить не стал. Ну в самом деле — а что ей скажу? Нечего ей пока сказать, увы.

Вернувшись в подъезд, я опять расположился на ступеньках, потянул за язычок, вскрывая банку, хлебнул. Когда заморил червяка, снова позвонил в квартиру и снова ответа не последовало. Стал ждать.

Стёпа появился только через час. Вышел из лифта, двинулся к двери, на ходу доставая ключи, тут я его и окликнул:

— Ну и на хера ты меня ментам сдал?

Паренёк резко обернулся и дёрнулся, но тут же замер на месте. Я чуть повёл стволом револьвера, и он сдвинулся на середину лестничной площадки.

— Серый, ты чего⁈ Это не я!

Я не поверил, но от обвинений воздержался и спросил: