Да и чёрт с ними.

Уже на улице я не удержался от облегчённого вздоха, но, как оказалось, расслабился совершенно напрасно.

— Рано радуешься, — холодно заявил Козлов. — Конфликт у тебя с убитым был? Был. Алиби нет? Нет. Сегодня-завтра Ибрагимов подберёт фактуру, самое позднее в понедельник выбьет санкцию на задержание. И не надейся на связи в РУВД, не помогут. Я так уж точно прикрыть не смогу.

— Я его не убивал!

— Не ты первый сядешь за то, чего не совершал, не ты последний. Се ля ви!

— Зашибись, блин! И что теперь делать?

— Снимать штаны и бегать! — выдал капитан, отпирая дверцу «опеля». — Что тут сделаешь, Серёжа? Сухари суши!

— А если серьёзно?

— Ты едешь?

— До «Ручейка» подкинешь?

— Садись.

Мы забрались в салон, и капитан вздохнул.

— А если серьёзно, Серёжа, твоя единственная надежда — выяснить, кто этого гражданина на тот свет отправил, и сдать убийцу ментам.

— Легко сказать!

— Мозги задействуй! Убитого в городе с октября не было, не так сложно установить, кому он ещё за последнее время дорогу перешёл. Что они там из Казахстана привезли? Травку, план? Может, его этот Тупин грохнул?

— Не, — покачал я головой, — точно не Тупин. Он Йосика и так уже с хвоста скинул.

Сказал и засомневался: с меня долг стребовать не вышло, так, быть может, Немцов решил долю в товаре поиметь, вот его и замочили?

Вариант? Вполне, почему нет?

Козлов вывернул на дорогу и заявил:

— Узнай кто это сделал! Ментам не расскажут, да они и спрашивать не станут, на тебя всё повесят, а тебе могут и проболтаться, если правильные вопросы правильным людям задавать станешь.

Я закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья.

— А если он просто на каких-нибудь отморозков нарвался?

— Тогда ты сядешь.

Дальше ехали молча.

На «Ручейке» застал пацанов за перекусом. Они взяли по бутылке кефира и пару батонов, стояли у «буханки», жевали, курили и трепались о всякой ерунде.

— По телику интервью с Киркоровым видел, он из круиза по Средиземному морю вернулся, — заявил Костя Чиж. — Уже пятая поездка, говорит. Вот буржуй, сука!

— Да ладно! — отмахнулся Евген. — Денег поднимем, тоже съездим!

— На севера лес валить, — выдал я, не сдержавшись.

— Чего опять? — насторожился Андрей.

Я его вопрос проигнорировал, перешёл сразу к сути:

— Смотрите, пацаны! Стрелки с братвой Немцова не было. Никто никуда не ездил, никто никого не запинывал. И блатные к нам не подкатывали. Никаких разборок, короче. А что там у меня с ним случилось — вы не в курсе.

— Да что такое?

— Ничего такого. Грохнули его вчера.

Рома чуть кефиром не подавился.

— Кто?

— Хер знает. Мусора мне дело шьют. С утра мозги выносили, только отпустили.